Встречи на краю. Диалоги с людьми, переживающими утрату, умирающими, исцеляющимися и исцелившимися

Д.: Я просто не знаю, что делать. Я совсем запуталась.

С.: Конечно, вы запутались. Вы находитесь в одной из самых запутанных ситуаций, которые человеку доводится переживать, – когда мы теряем ребёнка, родителя, когда разбивается это зеркало, которое так часто отражало нашу красоту и давало нам чувство безопасности. Но вы не можете защитить её от смерти, как и от жизни. Точно так же вы не можете защитить своих детей. Вы лишь создаёте ещё больше разделённости. Ваш ум создаёт бездну, которую рано или поздно должно пересечь ваше сердце. В смерти вашей матери скрывается, возможно, величайшая за всю вашу совместную жизнь возможность ощутить близость друг с другом. Если вы будете находиться рядом с другим человеком, когда он умирает, и проявлять по отношению к нему любовь и сострадание, ваши сердца, возможно, смогут соприкоснуться особенно глубоко. Но если вы противитесь решению матери, тем самым вы отталкиваете её, и она умрёт в одиночестве. Тогда и вы умрёте, ощущая себя ещё большей сиротой, чем вам хотелось бы.

Д.: Я ничего не должна делать, чтобы сохранить ей жизнь?

С.: Давайте ей то, о чём она просит, но не принуждайте её к жизни. Просто любите её и проводите эти последние дни в атмосфере дружелюбия и доверия, а не страха и сомнений. У вас также есть возможность на глубоком уровне исцелиться от своего прошлого – от всех обид, моментов неуверенности, неразрешённых проблем можно избавиться, когда мы подлинно принимаем друг друга. Когда мы доверяемся происходящему.

Д.:

Но, возможно, если бы вы могли поговорить с ней о том, как ценно то, что есть между нами сейчас, она бы захотела ещё немного пожить.

С.: Она хочет поговорить со мной?

Д.: Нет. На самом деле, когда я сообщила ей, что собираюсь вам позвонить, она сказала: «Хорошо вам поговорить. Да, кстати говоря, передай ему, что я видела его фото на обороте книги, у него красивые глаза.

С.: А вы передайте ей, что у неё прекрасное сердце и очень любящая дочь. Но вы ведь понимаете, что чем больше вы настаиваете на том, чтобы она не «покидала корабль», тем больше вы вынуждаете её держаться за него. Чем крепче она держится за этот корабль, тем болезненнее окажется для неё смерть. По сути, вы, как ни странно, хотите, чтобы она утонула вместе с кораблём, а не отпустила его и пустилась в свободное плавание по океану бытия. Если можно так выразиться, когда её корабль отдаёт швартовы и начинает уплывать, вы зовёте её вернуться, но она сигналит вам, что сейчас самое время «ловить свою удачу», продолжать свой безмятежный выход в открытое море.

Ваши чувства совершенно естественны – так поначалу проявляет себя привязанность, связанная с утратой. Я видел немало людей, которые умирали в окружении близких, которые убеждали их «не сдаваться». Зачастую бывает так, что я оказываюсь единственным из присутствующих, кто действительно готов принять смерть другого человека. По этой причине любовь между мной и этим человеком оказывается невероятно глубокой, ведь только я говорю ему, что нормально быть самим собой, в данный момент чувствовать то, что чувствуешь, а именно в этом нуждается человек, стоящий перед лицом великой тайны смерти. Ваша мать готова делиться с вами огромной любовью, вам лишь стоит позволить ей поступать по-своему.

Д.:

Я знаю, что держусь за неё. Впрочем, если честно, я никогда не воспринимала это так, будто я удерживаю её, но мне кажется, вы правы. Дело просто в том, что я слишком боюсь отпустить её.

С.: Я понимаю. Безумно сложно пережить потерю любого близкого человека. Не говоря уже о потере родителя или ребёнка. Но в каком-то смысле такой договор мы заключаем с каждым, кого любим. Точно такой же договор существует между мной и моими тремя детьми. Я знаю, что в какой-то момент либо я стану свидетелем их смерти, либо они станут свидетелями моей.

Некоторое время мы обсуждали тот факт, что родиться – значит подписать такой договор. Каждый из нас станет свидетелем того, как другой человек покинет своё тело. Мы говорили и о том, что благодаря этому у многих из нас появляется возможность вместе пережить серьёзнейший скачок в развитии. Это адская боль. Невероятная боль. Однако именно такая боль полностью обнажает сердце для жизни; позволяя жизни течь без чувства страха, в пространстве невероятной доброты, более глубокого переживания бытия, которое не противится непостоянству, но открывается ему навстречу – как возможности переживать каждый миг в его бесценной сущности.