Второе первое впечатление

– Что верно, то верно, – замечает Рената. – И он не скулил и не жаловался.

После тяжелой внутренней борьбы Роуз наконец принимает решение:

– Хорошо. Я буду рекомендовать совету директоров не трогать «Провиденс». За этой горой есть свободное поле. Где, надеюсь, не обитают редкие виды. Полагаю, нам следует построить там дом престарелых с доступными ценами, соединив два объекта. Оптимальный вариант для обоих миров: что-то меняется, что-то остается неизменным. Моя вторая рекомендация совету директоров, – добавляет Роуз. – В первой говорилось о полной перестройке. Но, приехав сюда, я поняла, что ошиблась.

– Думаю, это хорошая идея, – кивает Тедди. – Здесь отличное место для жизни, и не только для неприлично богатых людей. Наверное, тебе стоит реализовать план по обеспечению некоторого разнообразия. Тут немного… – Тедди осекается, поймав взгляд Ренаты.

– Выкладывай, не стесняйся. У нас такое специальное место, куда неприлично богатые люди приезжают умирать. – Рената хихикает над собственной шуткой, но сразу мрачнеет. – Полагаю, это хорошее, зрелое предложение, чтобы мы могли идти вперед в… Какой сейчас на дворе век? Впрочем, я без понятия. Но ты произвел на меня впечатление. А у тебя, несмотря на смазливую внешность, оказывается, есть мозги.

– И доброе сердце. – Агги нежно похлопывает Тедди по груди.

– Отлично. Значит вопрос решен. – На лице Тедди появляется улыбка, но невеселая. Он пожертвовал мечтой всей своей жизни, чтобы спасти мою. Наверняка он чувствует себя так же, как я в свое время, когда лишилась денег на колледж. Как и у меня, у Тедди были большие планы. – Спасибо, Роуз. Я тебя не подведу. Обещаю.

– Черт возьми, Теодор! Ты опять в своем репертуаре! – взрывается Роуз и, встретив непонимающий взгляд Тедди, добавляет: – Тебе непременно нужно было сделать красивый жест. Я всегда считала тебя самым эгоцентричным существом на свете.

– Вы ошибаетесь, – встает на его защиту Агги. – У нас работало не меньше ста молодых людей. Но ни один из них и в подметки не годится Теодору. Такого заботливого мальчика, уж можете мне поверить, мы еще не встречали.

– Прости, – неожиданно произносит Роуз. – В детстве я ужасно с тобой обращалась.

– Насколько я понимаю, и повзрослев, тоже, – вставляет шпильку Рената.

Пропустив колкость мимо ушей, Роуз говорит Тедди:

– Тут не было твоей вины.

– Это моя вина, – вмешивается в разговор Джерри. – Да-да, моя вина. Я предоставил вам самим разбираться в семейных проблемах. Так как был слишком занят делами.

– Ты изо всех сил старался завоевать мою любовь. – Роуз явно изменяет ее обычное самообладание. В глазах стоят слезы. – Впрочем, я тоже хотела тебя полюбить. Но слишком велик был соблазн отыграться на тебе за то, что я чувствовала, да и сейчас чувствую себя несчастной. Тедди, прости меня. Рути говорит, ты сделал татуировку в виде розы. Я этого не заслуживаю.

– Ну конечно заслуживаешь. Я не могу убрать розу из цветника, разбитого в честь моих сестер.

Подобное великодушие окончательно доканывает Роуз. Она падает в объятия брата. Роуз с Тедди шли к этому целых двадцать лет. Встретившись с Тедди глазами, я вижу, что его захлестывают эмоции.

– Я была худшей из сестер. Хотя устоять перед твоим обаянием было ужасно трудно.

– Ты так долго держалась, что я принял тебя за инопланетянку, – с улыбкой соглашается Тедди. – Но если ты моя сестра, тогда кто я такой?

– Брат. – Роуз явно непривычно произносить это слово. Она пробует еще раз, и ее голос звучит увереннее. – Давай отныне и навсегда будем братом и сестрой.

– Раз уж нам предстоит вместе работать, мы можем быть даже друзьями, – закружив Роуз под старомодную музыку, говорит Тедди.

Роуз качает головой, за вслед за дочерью – и Джерри.

– Мы не собираемся заставлять тебя приносить такую жертву.

– Что? Но мы ведь заключили сделку.

– Мы видим в тебе то, что уже много лет хотели увидеть. Целеустремленность и страсть, – говорит Джерри. – Однако я вовсе не собираюсь тебя принуждать. Ты мастер татуировок, а не девелопер. Теперь я это точно знаю. – Джерри нежно обнимает сына.

– Извините за беспокойство, но не мог бы кто-нибудь из вас отвести меня к столу с прохладительными напитками? – просит Рената нарочито старческим, дребезжащим голосом.

– Мы были бы вам чрезвычайно признательны, – добавляет Агги.

Роуз с Джерри вынуждены проводить улыбающихся нам через плечо старушек к столу с напитками. Мы с Тедди остаемся вдвоем.

Он прикасается пальцем к моему подбородку:

– В жизни не видел более прекрасного создания. Твое платье – просто чудо. Ты похожа на ангела.

– А ты – на дьявола. На нереально сексуального дьявола. – Я ерошу ежик его волос. – Поверить не могу, что ты это сделал.

– Надеюсь, волосы не единственное, что ты во мне любила?

– Интересно, каково это быть таким уверенным в себе? – Я прижимаюсь к Тедди, и он обнимает меня за плечи. – Я пыталась до тебя дозвониться.

– Знаю. Но мне нужно было разобраться в себе. Надеюсь, ты поймешь. Но если я опоздал и ты продолжила экспериментировать с Методом Сасаки…