Взрослый снаружи, взрослый внутри. Как исцелить внутреннего ребенка, психологически повзрослеть и стать счастливым

Проявив фигуру матери героини, мы увидели у нее точно такую же черную субстанцию ничтожности в солнечном сплетении, при помощи которой были связаны обе фигуры. И мы воочию узрели механизм передачи убеждений по наследству.

Когда-то в детстве бессознательное моей клиентки согласилось разделить с мамой идею «я ничтожество», чтобы чувствовать с ней общность. А так как на идее «я ничтожество» успешную жизнь не построишь, успешность пришлось принести в жертву ради возможности оставаться на связи с мамой до седых волос.

Чудовище эскапизма

Еще один порок незрелости – привычка к бегству от реальности.

«Есть проповедники смерти, и полна земля людьми, которым нужна проповедь отвращения к жизни», – писал Ницше.

Сбегая от боли бытия, Недоросль всегда живет «там и тогда». И вот лишь некоторые из его способов ухода от реальности.

Вина и страх – отличные средства не жить здесь и сейчас. Вина – всегда о прошлом, страх – всегда о будущем. Недоросль может сохранять чувство вины десятилетиями, чтобы жить в прошлом и держать с ним связь. В то время как страх заставляет его постоянно беспокоиться о будущем и генерировать самые разнообразные катастрофические ожидания и, соответственно, переноситься мыслями туда на ПМЖ.

В фильме «Амели» есть дивный диалог героев:

– А ваша книга, она о любви?

– Она о человеке, ведущем дневник. Но он не записывает то, что с ним происходит, а воображает катастрофы, которые могли бы случиться. И так переживает это, что ничего делать не может.

– В общем, это книга про бездельника.

Мысли и чувства Недоросля кочуют между будущим и прошлым. Его ностальгическая тоска о детстве, молодости или, наоборот, кошмарные воспоминания, его фантазии о будущем или, напротив, тревоги – никогда не переходят в действие, они служат способом не действовать, не жить.

Еще один великолепный пример бегства от реальности – пресловутая «зона комфорта». Существование в привычном минимуме благ.

Ко мне на сессию приходит молодой человек с запросом больше зарабатывать, привлечь больше клиентов. Проявив его фигуру в бессознательном, мы сразу видим идентичность саботажника, который искренне не понимает: а зачем?

Между героем и его фигурой происходит диалог:

– Зачем больше клиентов?

– Чтобы было больше денег.

– Зачем тебе деньги?

– Снять новую квартиру.

– У тебя уже есть квартира – вот она.

– Увеличить уровень комфорта.

– Тебе и так достаточно комфортно.

– Путешествовать.

– И что ты будешь делать в путешествии?

– Лежать под пальмами на пляже на шезлонге.

– Вот твой диван. Лежи уже сейчас. Да, он скрипит. Зато не надо напрягаться, чтобы променять одно «лежать» на другое «лежать».

Увы, цель увеличить уровень комфорта не является для бессознательного аргументом, чтобы прикладывать усилия (например, работать, зарабатывать). Ведь напряжение и труд – это дискомфорт. И ваши детские идентичности не понимают, почему они должны страдать ради потенциального, чуть большего, комфорта где-то в будущем. Достигли минимума благ для выживания – и хватит.

Преобладание комфорта и безопасности над другими ценностями – яркий признак Недоросля.

Если монах способен жертвовать не только бытовым комфортом, но и первостепенными потребностями в пище и крове ради возвышения духа, а человек искусства может пренебрегать социальными благами ради свободы творчества, то для Недоросля комфорт и безопасность чрезвычайно важны. Малейший дискомфорт или небезопасность для него невыносимы.