YouTube. Как самый популярный видеохостинг завоевал мир?

Его настоящая работа проходила в более просторном офисе с рядами компьютеров, на каждом из которых была установлена система продажи билетов, — цифровой интерфейс, похожий на Gmail, только с бóльшим количеством ярлыков и папок. Видеоролики шли постоянным потоком. Сёбергу поручили модерировать насильственный экстремизм и сосредоточиться на датских материалах. У них была квота — 120 видеороликов в день. Однако тревожных видеороликов на датском языке было не так много, и поэтому Сёберг иногда оценивал материалы и на других языках. Он не выносил обезглавливания. Машины YouTube к тому времени научились удалять большинство из них автоматически, но некоторые проскальзывали мимо алгоритмов — гротескно инновационные, с использованием тупых ножей. Однажды в его очереди оказался ролик со знакомой сценой — связанный человек, прощальное послание. Сёберг почувствовал головокружение. Инстинктивно он нажал на кнопку и удалил материал; однако позже выяснилось, что это была шутка: видеотеррорист выхватил зубную щетку и поднес ее к горлу мужчины. Менеджер отчитал Сёберга за ошибку. В итоге коллеги согласились поменяться с ним местами — взять себе жестокий материал, а ему отдать на просмотр мрачные истории с животными и детьми. «По какой-то нездоровой причине, — вспоминал он, — это не так сильно меня задевало».

Некоторых коллег выручал юмор. Сёберг слушал в наушниках веселые джазовые импровизации и периодически ходил прогуляться вокруг пруда на территории кампуса. Он проработал там девять месяцев. Лишь однажды пришло электронное письмо с инструкцией навести в офисе порядок и чистоту. С визитом ждали какого-то директора из YouTube.

* * *

Еще после финансового кризиса 2008 года дирекция Google начала передавать некоторые рабочие места на аутсорсинг — в основном те, которые считались нетехническими. По мере роста компании росла и численность таких специалистов. Google называла их TVC («временные сотрудники, работающие с поставщиками и по контракту»). К 2018 году компания сообщала, что в ней работают более 100 000 прямых сотрудников; временных насчитывалось почти столько же, но она не раскрывала их количество. Некоторые из них работали над краткосрочными проектами, и им щедро платили. Другие убирали офисы или тестировали еще не совсем самоуправляемые автомобили. На YouTube сотрудники TVC модерировали контент, работая на непрозрачные бэк-офисные фирмы Accenture, Vaco и Cognizant — те, что делают рекламные ролики по подбору персонала, которые вы смотрите и все равно не понимаете сути этой деятельности. Занятые в них модераторы редко встречались со старшими менеджерами. И еще реже они пересекались с сотрудниками YouTube. Эти скринеры были потомками старой команды SQUAD, первого эшелона Интернета. Но у членов SQUAD была зарплата на YouTube и собственный капитал, и они сидели за столами в передней части офиса. Теперь большинство модераторов работали в разросшейся теневой экономике анонимных офисных парков в Дублине, Хайдарабаде и Куала-Лумпуре, отсутствующих на балансе Google.

Начиная с 2017 года, когда общественное давление росло, Google и Facebook* изо всех сил старались расширить свои рабочие группы модераторов, чтобы избежать дальнейшего осуждения со стороны прессы, рекламодателей и регулирующих органов. Как сообщала журналистка Кейси Ньютон в разоблачительных расследованиях[237] для издания The Verge, многие модераторы-контрактники из-за этой работы испытывали острую тревогу, депрессию и частые ночные кошмары. Некоторые собеседники Ньютон в Остине, модераторы, присланные в YouTube фирмой в Accenture, получали по 18,50 доллара в час — около 37 000 долларов в год — без медицинской страховки. Однажды к новым модераторам, работающим рядом со штаб-квартирой YouTube, пришел сотрудник с инструкциями. Его спросили, будет ли у них доступ к психотерапевту. У сотрудника не было ответа.

Сёберг и его коллеги из Дублина не получали медицинских пособий, но у них была «комната для сна», где они могли отдыхать в перерывах. В конце концов психолога все-таки пригласили, и он сразу же составил длинный список назначенных встреч.