За фасадом "всеобщего благоденствия"

Вместе с тем, запрещая один род деятельности, тот же муниципалитет никоим образом не предлагает взамен другой — на законных основаниях. Это неизбежно порождает дальнейшее расширение «черного рынка» труда, на который стекается обездоленная молодежь, в первую очередь национальных меньшинств. Дельцы вербуют здесь молодых людей для нелегальной, а иногда и откровенно преступной работы. В итоге, по оценкам журнала «Тайм», преступность обеспечивает сегодня 25 % доходов негритянской городской молодежи в США. Другое обследование, проведенное экономистом Дьюкского университета Кипом Вискуси, который опрашивал негритянских юношей 16–24 лет в некоторых беднейших районах Бостона, Чикаго и Филадельфии, показало, что в тот или иной период юности ²/₃ из них совершали преступления. Более 30 % опрошенных заявили, что преступная деятельность, такая, как подпольные лотереи и другие азартные игры, торговля наркотиками, хранение краденого, грабеж и разбой, приносит намного больший доход, чем жалкие пособия по безработице или заработки от временной работы. Вместе с тем 50 % ответили, что они никогда бы не пошли на преступление, если бы у них был шанс получить постоянное и хорошо оплачиваемое рабочее место ²⁴.

…В переполненном бюро по трудоустройству, расположенном в Бонне на Виллемомблерштрассе, 24-летний Марко Шолль заполняет анкету в ожидании советника по трудоустройству. Рядом с ним сестра, пришедшая поддержать его морально. Шоллю это необходимо — он безработный с 1982 г. Как и многие другие молодые люди, которые не смогли найти себе места на бурлящем рынке труда в ФРГ, он начал употреблять наркотики, затем некоторое время сидел в тюрьме. Шолль сыт по горло такой жизнью. «Я на самом деле хочу получить работу, — говорит он. — Я бы пошел куда угодно».

Подобные сцены можно увидеть в многочисленных бюро по трудоустройству от Белфаста до Болоньи. Марко Шолли Западной Бвропы оказались в тяжелом положении: они молоды, у них нет работы и мало шансов что-либо найти.

Бедственное положение, отсутствие перспектив на будущее не только толкают молодых людей на путь преступлений, они становятся главной причиной растущего числа самоубийств. По свидетельству заведующего кафедрой социологии университета Северной Каролины профессора Рональда Мейриса, число самоубийств среди молодежи в возрасте 15–24 лет возросло с 1950 по 1980 г. на 284 % в сравнении с 11 % среди всего населения США в целом. В результате официальная статистика регистрирует ежегодно около 5 тыс. самоубийств молодых людей в США и приблизительно 250 тыс. попыток покончить с собой ²⁵.

В Великобритании, в городке Дадли, расположенном в метрополитенском графстве Уэст-Мидлендсе, число самоубийств возросло за последние три года на треть. Причиной этого была неумолимо разрастающаяся безработица. В Бельгии в период с 1970 по 1981 г. самоубийства среди молодежи в возрасте от 15 до 24 лет участились в 2 раза. Чиновники связывают растущий уровень преступности в метро с безработицей, возлагая на толпы неработающей молодежи ответственность за увеличение на 79 % числа случаев разбоя и нападений в период с 1980 по 1983 г.

Некоторые эксперты видят связь между безработицей среди молодежи и той вспышкой насилия, которая произошла в мае 1985 г. на бельгийском стадионе во время финального матча между командами Ливерпула и Турина. Французский социолог Кристиан Бромбергер связывает этот инцидент с «социальным кризисом», вызванным высоким уровнем безработицы в Ливерпуле, где единственным растущим бизнесом является торговля героином и где только 5 % юношей и девушек в возрасте до 25 лет имеют работу ²⁶.

Такого рода цифры не оставляют никаких сомнений в том, что доведенные до отчаяния молодые люди вряд ли отказались бы от рабочего места (если бы оно было им предложено) в угоду собственным «капризам».

Анализируя причины массовой и хронической безработицы среди молодежи, все большее число западных ученых приходит к выводу, что истинные корни этого «бедствия» следует искать в первую очередь не в социально-психологическом портрете современных молодых людей, а в той объективной ситуации, в которой они оказались на капиталистическом рынке труда в 70—80-е годы.

Появление на рубеже 60-х и 70-х годов проблемы молодежной безработицы в мире капитала поначалу было воспринято теоретиками и государственными деятелями как временный феномен, связанный с «бумом рождаемости» первых послевоенных лет. Считалось, что хотя рынок труда и оказался неподготовленным к такому массовому притоку новой рабочей силы, однако ускоренный рост капиталистической экономики позволит постепенно создать условия для ее занятости.