Забытая история русской революции. От Александра I до Владимира Путина

«Из доклада приехавших товарищей однозначно следовало, что Горбачёв выбрал свой обычный метод поведения — вы делайте, а я подожду в сторонке, получается — я с вами, нет — я ваш противник и не в курсе дела. Об этом свидетельствовали и его ссылка на самочувствие, и пожелание успеха накануне, и „делайте, что хотите сами“ под предлогом завершения лечебных процедур».

Иначе говоря, путч не был стихийным. Пока Горбачёв с одними своими «соратниками» (из числа руководителей республик СССР) и при участии Ельцина готовил Союзный договор, другие его «соратники» (из числа союзного руководства) готовили путч против этого Договора. А Горбачёв — друг и начальник и тем, и другим, — отошёл в сторонку, чтобы посмотреть, кто кого из пауков сожрёт, и приспособиться к ситуации. Разумеется, участники ГКЧП понимали, какая роль им отводится в случае поражения, а потому практически и не действовали, считая, что если будет на то желание масс, то они эти массы возглавят, а если нет, то они ничего особенного и не делали.

Сегодня можно предположить невероятное (почему мы выделили это слово курсивом, вы поймёте чуть дальше): что за действиями Горбачёва и Ельцина стояли некие силы, центр которых находился за пределами нашей страны. Эти силы, начав игру, итогом видели то, что и случилось — развал СССР. В ином варианте Ельцина «разыгрывали втёмную», поскольку, зная его личную ненависть к Горбачёву, его поведение можно было легко прогнозировать.

Утром 19 августа радио сообщило, что Горбачёв, находящийся в отпуске в Крыму, по состоянию здоровья не может исполнять обязанностей президента, и на основании статьи 127(3) Конституции СССР руководство осуществляет Государственный комитет по чрезвычайному положению (ГКЧП) во главе с вице-президентом. Всю полноту власти ГКЧП берёт на себя временно.

В состав ГКЧП входили: вице-президент Г. И. Янаев, премьер-министр В. С. Павлов, министры внутренних дел и обороны, председатель КГБ, член президентского совета по оборонной промышленности и другие. «Путч» был поддержан всем союзным кабинетом министров, который собрался 19 августа. По сути, в «заговоре» участвовала вся верхушка государственной власти СССР, за исключением самого Горбачёва. Никакой точки зрения по конкретным вопросам ГКЧП не высказывал, никаких шагов не предпринимал, кроме ввода в Москву бронетехники «для охраны общественного порядка».

ЦК КПСС, заявив, что «не скажет о своём отношении к ГКЧП, пока не узнает, что случилось с его Генеральным секретарём товарищем Горбачёвым», попросту устранился. А большинство руководителей республик воздержалось от комментариев, сделав вид, что «путч» — внутреннее дело России. И только руководство РСФСР «встало на защиту Конституции и Президента СССР», — притом, что это руководство было в оппозиции Горбачёву. Но теперь, чтобы убрать Горбачёва, Ельцину было нужно преодолеть ГКЧП, — и он объявил приоритетной задачу спасения генсека-президента, оставаясь его врагом.

Ночью 20 августа произошёл трагический инцидент: в туннеле на Садовом кольце, по которому следовал патруль на БМП, была устроена баррикада; две машины подожгли; возникла сумятица, в которой погибли трое юношей.

Утром 21 августа ситуация определилась: с Горбачёвым официально связались по телефону, к нему поехали вице-президент России А. В. Руцкой и российский премьер-министр И. С. Силаев. Они привезли Горбачёва в Москву, а членов ГКЧП арестовали.

В Москве Горбачёв выдвинул версию, согласно которой он был арестован и лишён связи на своей даче в Форосе (Крым). При последующем расследовании эта версия подтверждения не получила.

Согласно официальной версии, сформулированной Б. Н. Ельциным, а затем даже утвержденной Верховным Советом СССР, в СССР был совершён государственный переворот, организованный группой заговорщиков, которые были признаны преступниками. Эта версия, правда, тоже сомнительна: так, один из обвиняемых по «делу ГКЧП», командующий сухопутными войсками генерал армии В. И. Варенников, отказавшийся от амнистии, был на суде признан невиновным «ввиду отсутствия состава преступления».

Нам тут важно, что у путчистов не было программы действий. Сегодня за них говорят, что они, де, хотели, опираясь на остатки силовых структур, не допустить распада Союза ССР. Что они намеревались отсечь паразитные кооперативные организации, присосавшиеся к государственным предприятиям, и опять подключить государство к управлению промышленностью. Так ли это, нет — неизвестно.