Зачем России Марин Ле Пен

Впрочем, не только папаша Ле Пен способен подпортить репутацию «Национального фронта» и тот «new look», над которым так упорно трудится его младшая дочь. Она сама иной раз себя же и подставляет под огонь критики либеральной прессы. Так, осенью 2008 г. для поддержки кандидатуры Марин Ле Пен на президентских выборах 2012 года была создана ассоциация «Голубая энергия Марин» (Energie Bleu Marine) во главе которой оказался бывший скинхед и певец скандальной французской рок-группы «Ультим ассо» (фр. Ultime Assaut – «Последняя атака») Робер Оттавиани. В хит-альбоме этой группы есть песня, посвященная Легиону французских волонтеров, которые воевали в немецкой униформе в составе дивизии СС «Карл Великий», вдребезги разбитой под Сталинградом в 1943 году. Оттавиани распространял вместе с этой песней в Интернете кинохронику 1941 и 1942 гг. об отправке французских легионеров на Восточный фронт. Раскопав эти факты, газета «Либерасьон» обратилась за комментарием к самому Оттавиани, но тот все отрицал. Копнули глубже, и выяснилось, что факт его участия в этой рок-группе подтверждается в бюллетене молодежного отделения «Национального фронта», где этот бард нацизма числился национальным вице-директором с 1993 по 1995 г.

(Liberation. 3.10.2008, p. QUO 15).

Во Франции умеют, когда потребуется, узнать всю подноготную о человеке, который попал под прожектор разоблачений. Укрыться от него невозможно. И на походе Марин Ле Пен за «дедьяволизацию» «Национального фронта» это, конечно, сказалось не лучшим образом, как и на ней самой. Ей вновь напомнили все высказывания лидера НФ и про газовые камеры, и про «гуманных» немецких оккупантов. При наличии современной техники на это много времени не требуется – нажал кнопку, и на экране появится нужное досье.

И все же, несмотря ни на что, борьба Марин за «дедемонизацию» «Национального фронта» стала постепенно приносить свои плоды.

«Марин Ле Пен, – писала Le Monde, – чаще появляется на телеэкране, чем ее отец. У нее прекрасные отношения с журналистами, которые она научилась поддерживать в последние годы. Настолько же, насколько ее отец суров с ними, настолько она приятна с ними в общении и даже грациозна. Ее папаша легко превращается в пугало для детей, а она предпочитает работать в регистре доброй мамы. Она лучше смотрится на экране. Отец позволяет ей это делать. В то время, как он отдыхает в своем особняке в Сен-Клу с видом на Париж, она работает на интересы семьи. Он, таким образом, получает дополнительные голоса пока дремлет, предоставляя своей дочери говорить вместо него» (Le Monde. Television & Radio, mardi 6 février 2007, p. 31).

Марин стала инкарнацией нового образа «Национального фронта». Это было нелегко, т. к. ей пришлось защищать традиционную программу «Фронта», который имеет стойкую репутацию ультралиберальной и ксенофобской партии: отмена 35 часовой рабочей недели, постепенная отмена подоходного налога, предоставление работы по принципу «национального преимущества», восстановление смертной казни, отказ от предоставления социальной помощи иностранцам и восстановление «политики высылок» нелегальных иммигрантов (Tribune de Genève. 26.02.2007, p. 6).

О Марин Ле Пен журналисты стали говорить, как о «более приемлемом политически» и внешне представителе «Национального фронта» на фоне ее стареющего и несдержанного на язык отца. «Яркая, улыбающаяся, похудевшая и молодая, она представляет собой более мягкий имидж «Национального фронта» и активно сквоттирует СМИ. В партии, где активисты и выборные представители в массе своей старше ее, это аукается. Она это знает и потешается по этому поводу. Она принимает на себя все – победы, поражения, оскорбления. Она такая, Марин Ле Пен. Целостная. Отец ей полностью доверяет. И ей этого достаточно.

Марин – его улыбка. Улыбка, как панцирь. Непросто быть дочерью Ле Пена. «Я член той политической семьи, – говорит она, – которая подверглась в наибольшей степени поношению, нападкам и заклеймению. Когда растешь под такими ударами, учишься принимать их и выносить. И это помогает выработать суперсопротивляемость» (Le Progrès – Lyon. 23.03.2007, www.leprogres.fr).

«Маделон» и «Менгир»