Загадки колдунов и властителей

Однако уже 10 августа 1810 года в старинный городок Эреба в ста километрах от Стокгольма, где специально для избрания наследника собрался риксдаг, прибыл французский дипломат Фурнье с паспортом, подписанным министром иностранных дел Франции, что указывало на официальный характер его миссии. Он объявил шведским депутатам, что император Франции негласно поддерживает кандидатуру своего маршала Бернадота на шведский престол, но никогда не заявит об этом открыто. Пожелание императора подкреплялось обещанием оказать Швеции значительную финансовую помощь.

Настроение шведских парламентариев резко изменилось, и 21 августа Бернадот был избран наследным принцем королевства с принятием лютеранства и шведского имени Карл Юхан. Поскольку Карл XIII был тяжело болен, Бернадот сразу становился правителем Швеции.

Друг русского императора

К удивлению французов, избрание наполеоновского маршала наследником шведского престола не вызвало никакого беспокойства в России. Александр I, казалось, был абсолютно уверен, что, случись война с Францией, Швеция не начнет воевать против России. Французский посол в Петербурге маркиз Коленкур с изумлением сообщал в Париж: "Российское правительство как будто знало заранее, что князь Понтекорво претендует на шведскую корону и что он надеется на свое избрание, в то время как Стединг (шведский посол в России) и стокгольмский двор на это мало рассчитывали".

27 ноября 1810 года во время аудиенции русскому послу Сухтелену новоиспеченный наследный принц Швеции заявил: "Я верю, что счастье Швеции неотделимо от мира с Россией". Когда же речь зашла об утрате Швецией Финляндии, принц заявил, что "по своему географическому положению Финляндия должна принадлежать России". И это не были пустые слова. Когда в 1812 году Наполеон вторгся в пределы России, Швеция сохраняла нейтралитет. Уже в изгнании на острове Святой Елены Наполеон говорил, что если бы он знал, что Швеция не начнет боевых действий против России, то он вообще не начал кампанию 1812 года.

Более того, в 1813 году Швеция выступила в составе стран антинаполеоновской коалиции. Союзники поручили командованию Бернадота, теперь уже принца Карла Юхана, 150-тысячную Северную армию, которая 23 августа 1813 года разбила 70-тысячную армию французского маршала Удино, а 6 сентября разгромила французские войска под Денневицем. За эти победы Александр I удостоил Карла Юхана высшей русской воинской награды — ордена Св. Георгия Победоносца I степени. Участвовал принц и в "битве народов" под Лейпцигом, в которой Наполеону было нанесено решающее поражение. После этого войска под командованием наследника шведского престола разгромили армию Дании, последнего союзника Наполеона. 14 января 1814 года был подписан Кильский договор, по которому Норвегия отошла Швеции. После этой победы Карл Юхан написал Александру I восторженное послание с благодарностями и просил императора принять высшую воинскую награду Швеции — орден Меча.

Александр I и Бернадот лично встречались не более трех раз, но между ними завязалось нечто вроде дружбы по переписке. Однако дружба распространялась до определенных пределов. Так, Александр полностью поддерживал притязания Швеции на Норвегию, но, когда в 1814 году Карл Юхан начал зондировать почву о возможности раздела собственно Дании, он натолкнулся на твердое "нет" русского императора. В 1818 году король Швеции Карл XIII скончался, и Бернадот унаследовал престол Швеции и Норвегии под именем Карла XIV Юхана.

Через несколько лет приближенные шведского короля обратили внимание на одну странность монарха: он категорически противился любому врачебному осмотру. Тайна была раскрыта только после смерти Карла XIV. Оказывается, на груди шведского короля была татуировка: СМЕРТЬ КОРОЛЯМ И ТИРАНАМ!

За кулисами интриги

Официально считается, что, предлагая шведскую корону маршалу Бернадоту, капитан Карл Мернер действовал, руководствуясь только своей буйной фантазией. Разумеется, это не совсем так, ведь за спиной скромного армейского капитана стояли очень влиятельные представители шведских военных кругов. Однако основная нить интриги находилась в руках флигель-адъютанта Александра Ивановича Чернышева — выдающегося русского разведчика и дипломата, будущего графа и военного министра России. В то время Чернышев был представителем императора Александра I при императоре Наполеоне и одновременно возглавлял русскую разведку во Франции. Александр Иванович находился в дружеских отношениях со многими представителями наполеоновской знати, в том числе и с Бернадотом.