Загадки колдунов и властителей

Итак, мы видим, что образ барона Мюнхгаузена уже двести лет пользуется особой симпатией литераторов. Кем только не был барон за эти годы!

Он действовал на суше и на море, и даже в космосе (Станислав Лем. Звездные дневники Йона Тихого). Он был лихим кавалеристом, выпивохой и фантазером, был бессовестным и беспардонным вралем, был и несчастным разочарованным романтиком. По воле авторов он менял национальности, имена и политические убеждения — от революционера-демократа до национал-социалиста. Можно предположить, что чудесные приключения барона Мюнхгаузена далеки от завершения. Люди искусства еще не раз будут возвращаться к этому необыкновенно привлекательному, многогранному образу, ибо, нравится нам это или нет, ложь, выдумка, фантазия будут существовать, пока есть человечество. Барон вправе воскликнуть, как восклицает он в своем прощальном монологе в пьесе Беляева: "Я барон Карл Фридрих Иероним Мюнхгаузен. Я тот, которого так любят дети, кого зовут взрослые, тешатся над его рассказами и… гонят прочь. Старый враль! Старый враль! Ах, это надоедливое карканье говорящих ворон. Но ложь моя царствует на свете! Ложь, выдумка, фантазия… Они управляют миром! Жизнь есть ложь, и ложь есть жизнь. Нет ничего правдивее лжи. Попробуйте солгать — завтра это будет открытие, доктрина, факультет".

Ничей сын

Кто были родители Ивана Ивановича Шувалова, основателя первого в России Московского университета и Академии художеств? Как ни удивительно, но историки до сих пор не могут уверенно ответить на этот вопрос!

Многие считали и считают фаворита императрицы Елизаветы Петровны Ивана Ивановича Шувалова двоюродным братом двух известных елизаветинских вельмож — Петра и Александра Шуваловых. Тем более что в окружение императрицы его ввела Мавра Егоровна — жена Петра Ивановича и любимая фрейлина Елизаветы. Царица благосклонно отнеслась к красивому, образованному дворянину, а позже по-настоящему увлеклась им, и осенью 1749 года начался их роман, "случай", как говорили в тот галантный век.

Это необычайно повысило возможности и влияние шуваловского клана при дворе. Благодаря возвышению Ивана Ивановича Шуваловы-старшие достигли вершин власти. Но, делая немало для государства, они не забывали и собственных выгод. При них, по словам историка, "неправосудие чинилось с наглостью, законы стали презираться, и мздоимствы стали явные". Но сам фаворит поведением разительно отличался от своих родственников. Он никогда не злоупотреблял доверием стареющей императрицы и не использовал близость к ней для личного возвышения и обогащения. Казалось бы, "случай" принес ему немало титулов и славы. Он был "генерал-адъютантом, от армии генералом-поручиком, действительным камергером, орденов Белого Орла, Святого Александра Невского и Святой Анны кавалером, Московского университета куратором, Академии художеств главным директором и основателем, Лондонского королевского собрания и Мадридской королевской Академии художеств членом". Звучит громко, но при ближайшем рассмотрении все эти титулы носили скорее не властный, а более парадный, почетный характер.

Отказавшись от предлагаемых ему императрицей графского титула, важных должностей, значительных денежных и земельных пожалований, Шувалов сосредоточился на сфере внешней политики, способствуя сближению России и Франции. Философ и меланхолик, он, не уставая, повторял свою любимую поговорку: "Потихоньку, мало-помалу". Своей чуткостью, вниманием, добротой и щедростью он очаровал многих выдающихся современников — Ломоносова, Сумарокова, Вольтера, Дидро, Гельвеция. Иван Иванович пригласил в Россию многих талантливых скульпторов, художников, архитекторов и основал в 1755 году Московский университет, а в 1757-м — Академию художеств.

После смерти Елизаветы Петровны Иван Иванович удивил петербургский свет неслыханным бескорыстием: вернул воцарившемуся Петру III миллион рублей, подаренный ему императрицей в последние годы жизни. Удалившись от активной государственной деятельности, он получил в свое управление военно-учебные заведения.

С приходом к власти недолюбливавшей его Екатерины II Иван Иванович уехал за границу, где провел 14 лет, живя в Берлине, Вене, Париже, Риме. За рубежом он приобрел множество произведений искусства, которые потом передал Академии художеств и Эрмитажу. Екатерина II изменила свое неблагоприятное мнение о нем, и в 1777 году он вернулся в Россию, где прожил еще двадцать лет, пользуясь благородной славой мецената.

Столь странное для "случайных" людей поведение, скрытность и нежелание распространяться о своих родственниках породили в свое время немало темных слухов о загадочном происхождении Шувалова-младшего. И у придворных сплетников были для этих слухов достаточно веские основания…