Загадочные страницы русской истории

Утром 13 (25) июля 1826 года на кронверке Петропавловской крепости в Санкт-Петербурге был произведен обряд «гражданской казни» декабристов. Летели в костры мундиры и ордена, над головами коленопреклоненных офицеров ломались шпаги. После того здесь же были повешены руководители Северного и Южного обществ — Кондратий Рылеев и Павел Пестель, командовавшие возмутившимся на Украине Черниговским полком Сергей Муравьев-Апостол и Михаил Бестужев-Рюмин, убийца графа М. А. Милорадовича Петр Каховский. Стоит уточнить, что полковник Пестель был арестован за день до восстания и казней только за свои политические убеждения и намерения. В то же время в Кронштадте? был проведен обряд «гражданской казни» над офицерами флота…

Однако ни жестокие приговоры, ни каторга, ни ссылка декабристов не сломили. Нели для многих из них события 14 декабря явились романтическим порывом, героической случайностью так, поручик А. Е. Розен, который членом тайного общества не был, просто остановил свой взвод на Исаакиевском мосту, перекрыв движение л. — гв. Финляндскому полку, — то их последующая жизнь стала каждодневным подвижническим трудом. Они немало способствовали развитию просвещения, культуры, сельского хозяйства, промышленности и торговли в Сибири и Забайкалье. Боевыми подвигами прославились многие из тех, кто воевал на Кавказе и в Персии, — как офицерами, так и нижними чинами…

…Через три десяти летая после восстания на Сенатской площади Россия проиграла Крымскую войну. Был сдан Севастополь и уничтожен Черноморский флот. Могущество империи оказалось мифическим. Николай I подвел итоги своего правления и, есть такая версия, принял яд. Думал ли он в тот момент о тех, кого именовал своими «друзьями 14-го декабря» и которые мечтали о Великой России? Может, не следовало потчевать их тогда картечью? Ведь, что ни говори, у императора Николая цель была та же — Великая Россия. Вот только стремился он к ней по собственному пути…

Что было бы, по какому пути пошла бы Россия, если бы 14 декабря власть взяли мятежные офицеры? Не знаем. Ведь революции задумывают романтики, осуществляют фанатики, а их плодами пользуются негодяи… Насыщенная революционными потрясениями жизнь России XX века — тому подтверждение.

Посмертная судьба «Северного Сфинкса», или Зачем убрали Федора Кузьмича?

В начале 1970-х годов, когда один из авторов книги учил* ся в теперь уже зарубежном городе Львове, ему довелось дружить с очень интересным человеком. Сергею Михайловичу Ограновичу ту старинную дворянскую малороссийскую фамилию можно найти в дореволюционных справочниках — было далеко за семьдесят. В традициях семьи были поздние браки, а потому оказалось, что его родной дед, пехотный обер-офицер, был участником Бородинского сражения (!) и даже двоюродным братом легендарной кавалерист-девицы Надежды Дуровой. Адвокат по профессии, Сергей Михайлович был увлеченным историком-любителем и знал много интересного о прошлых временах. Однажды зашел разговор о посмертной судьбе императора Александра I… Но прежде чем передать содержание этого разговора, надо бы рассказать о самом государе.

Александр I — самый загадочный из русских императоров, его еще при жизни именовали «Северным Сфинксом» (было в греческой мифологии такое существо, прославившееся своей загадкой). Хотя секретов у каждого из государей было более чем достаточно, но Александр Павлович — вообще сплошная тайна…

Как известно, Екатерина II, захватившая российский престол после убийства Петра III, ненавидела и боялась собственного сына — великого князя Павла, наследника трона. Подобное отношение, те условия, в которых пришлось жить цесаревичу, здорово испортили его характер. К тому же Павел знал, что императрица желала передать престол не ему, а любимому внуку — * Александру, старшему сыну цесаревича.

«Существует предание, — писал Н. К. Шильдер, — что, когда Павел с графом Безбородко совместно разбирали бумаги Екатерины, граф указал цесаревичу на пакет, перевязанный черной лентой. Павел вопросительно взглянул на Безбородко, который молча указал на топившийся камин». Александр Андреевич Безбородко, ставший вскоре светлейшим князем, в ту пору был канцлером Российской империи, а в конверте, как считается, было завещание государыни…

Сколь бы умной женщиной ни была Екатерина II, она совершила величайшую глупость, доверив воспитание внука швей царскому эмигранту Фредерику Сезару де Лагарпу. Понятно, что абсолютно во всех отношениях между Швейцарией и Россией была «дистанция огромного размера». В результате «республиканского» воспитания будущий Александр I — неизбежный наследник престола то ли после бабушки, то ли после отца, мечтал не о том, как «обустроить Россию», а о том, чтобы жить «частным человеком» где-нибудь в Альпах или на берегах Рейна… Достойное желание для будущего царя!