Заговор Англии против России. От Маркса до Обамы

Вот и у капиталистических стран с ослаблением советской научно-технической политики создались благоприятные условия для злокачественного перерождения капитализма. Он теперь основан не на получении прибыли из нормального производственного процесса, а на получении сверхприбыли из финансовых трюков – вроде широко расплодившихся хедж-фондов. Поэтому Западу не только не выгодны, а прямо противопоказаны новации в науке и технике. Новации требуют инвестиций в реальный сектор экономики, тогда как свобода рынка приводит к перечислению денег туда, где намечается сверхприбыль. Финансовая надстройка над реальным сектором стала самодостаточной и переродилась в злокачественную опухоль мировой экономики.

Как указывалось в начале книги, крах СССР произошёл в тот момент, когда западная экономическая система достигла максимума своего злокачественного перерождения, оставив за бортом производство и обратившись к формуле «деньги делают деньги». Именно к этой мнимой «вершине», оказавшейся пропастью (вернее, провальным жерлом не конца потухшего вулкана), и потащили Россию неолиберальные реформаторы. Что и говорить, умеют наши начальники выбрать место и время.

Уровень развития западных экономик, начатого ещё в XIX веке, был очень высок вплоть до 1970-х. Советская же экономика, получившая импульс индустриализации только с конца 1920-х (в империи основную массу идей импортировали), своих пиков к тому моменту ещё не достигла. Поэтому метастазы деиндустриализации охватили на нашу экономику быстрее, болезнь сказалась на всех постсоветских государствах гораздо разрушительнее, чем на странах Запада. Наша деиндустриализация проходила, мягко говоря, несколько в ином контексте.

Новая либеральная экономика основана на финансовых спекуляциях, самодостаточности финансового капитала. Но её центры – за пределами России. Нам и здесь отводится колониальная роль. Они поддерживают свой социальный уровень за счёт отжима наших интеллектуальных и промышленных запасов. Например, корпорация «Боинг» открыла в России гигантский инженерный центр. Для чего? Да для того, чтобы на месте, да ещё и по дешёвке, выдаивать те таланты, что ещё не в Америке. Благо нищета в наших НИИ этому способствует. А в ЦАГИ – мировом центре аэродинамических разработок – в 1990-е годы появился цех… какой бы вы думали? По пошиву сапог.

Господа, говорящие об относительно небольшой количественной утечке носителей интеллекта (тот же Дурсенко), забывают про качество: утекает как раз генерационный интеллект.

Кстати, уволенные при Тэтчер британские инженеры средних лет, вопреки официальным ожиданиям, не превратились в программистов или кого ещё. Они либо нашли места похуже, либо пошли по миру. В результате, например, все без исключения британские автомарки – включая знаменитейшие, вроде Rolls-Royce и Rover, – уже давно иноземны не только по владельцам, но и по значительной части разработчиков. А мировых английских компьютеров так и не появилось: даже фирма International Computers Limited (ICL), весьма успешная в начале 1970-х, понемногу заглохла и в 2002-м превратилась в британское подразделение японской Fujitsu.

Но британский автопром – это только цветочки; ягодки – это судьба островного авиапрома. В 1994-м году у меня была длительная беседа с президентом Узбекистана Исламом Абдуганиевичем Каримовым, сильным и умным руководителем. В короткий срок он сумел развернуть первое масштабное производство автомобилей в Центральной Азии. Оценив это достижение, я, тем не менее, отметил, что нужно любой ценой сохранить в рабочем состоянии Узбекский Авиапром (гигантский авиазавод им. Чкалова в Ташкенте, завод в Фергане и т. д.). В первую очередь потому, что стран, которые делают автомобили, – великое множество, а самолёты – единицы. Это страны, так сказать, высшей лиги. К сожалению, из высшей лиги Узбекистан вылетел, несмотря на все усилия президента Каримова. Это не его вина, а его беда, ведь из той же высшей лиги выбыла и Великобритания – где сейчас её авиация, военная и гражданская?

Такое состояние страны застало врасплох следующего – уже лейбористского – лидера Энтони Блэра, ориентированного на «экономику знаний». Министр его кабинета и один из идеологов «новых лейбористов» Питер Манделсон был вдохновлён успехом Кремниевой долины в США. И, как у Крылова в басне «Мартышка и очки», пытался приладить нечто подобное к Британии. Результат вышел как в басне. Да и на родине Крылова с запозданием на несколько десятилетий тоже талдычат про экономику знаний и свою Кремниевую долину, затягивая одновременно петлю на шее Академии наук.

Экономика же сегодняшней Великобритании держится на банковском капитале и пузыре недвижимости.