ЗАГС на курьих ножках

– И вы на всю жизнь запомните для себя, ребятки, святош везде ценят. Любить нас, может быть, и не любят, а на работу берут охотно. Все богачи, на которых я работала, думали, что святоша в хозяйстве человек полезный. Не украдет, не солжет. Ну, а пока они так думали, я их закрома потихоньку и подчищала. А уж благодаря простаку Андрею я достаточный запас провизии у себя дома сделала. Столько продуктов нам и не нужно. Испортятся. А уж теперь, когда мы весь хутор к рукам приберем, и вовсе не надо ничего воровать будет.

И обняв Митю со Степаном, женщина произнесла:

– Вы, ребятки, слушайте и запоминайте. Завтра еще тихо себя ведите. И послезавтра тоже на рожон не лезьте, на хутор без нужды не суйтесь. А как мы с отцом вернемся, так и примемся на хуторе хозяйничать. Не бойтесь, я так поверну дело, что к следующему году мы там с вами полновластными хозяевами будем. И дом, и хозяйство – все нашим будет. А спустя несколько лет и на бумагах все на себя оформим.

Катюша чувствовала, как Андрея рядом с ней от возмущения прямо бьет крупной дрожью.

– Ах, мерзавка! – шептал он. – Какая же она лгунья! И воровка! Просто невероятно! Где были мои глаза?!

– Успокойся. Так на людей реагировать никаких нервов не хватит.

– Нет, она меня грабила все это время! Запасы она себе делала! Крыса!

Но долго возмущаться Андрею не пришлось, потому что у него нашелся новый повод для волнения. Матушка Анна, прижимая к груди мешок с дедовским кладом, забралась в машину и устроилась на сиденье рядом с мужем. Величественно кивнув на прощание сыновьям, она сказала мужу:

– Ну, с Богом! Поехали!

Андрея даже затрясся.

– Еще и Бога при своих низостях упоминает! Гадина!

Вован трясся из-за другого.

– Нюрка-то в машине! А ну как эти двое ее обнаружат?

– Неладно ей будет.

Никакой уверенности в том, что тетенька пощадит свою юную родственницу, посмевшую сунуть нос в ее дела, у друзей не было.

Матушка Анна вцепилась в золото так, что было ясно: добром она с ним нипочем не расстанется. Она даже в машине так и не рассталась с денежным мешком. Несмотря на то, что он должен был очень увесистым, женщина не спустила его даже с колен. И более того, продолжала изо всех сил прижимать мешок к своему животу и груди, словно даже сейчас опасалась, как бы клад не вырвали у нее из рук.

Хотя кто мог это сделать? Ее сыновья? Видимо, матушка Анна и им не до конца доверяла. И как оказалось, недоверие ее было вполне оправданным. Стоило машине с родителями уехать, как сыновья недолго стояли на месте.

– Митяй, а я чего-то не понял, маменька все золотишко с собой прибрала?

– Вроде да. Припрятать его с батей хотят.

– С батей. А мы чего?

– А мы не у дел.

Братья помолчали, а потом Степан произнес:

– Не знаю, как ты, а меня такой расклад не устраивает. Мамаша с папашей уже старые. Помрут в одночасье, как мы тогда золото найдем?

– Дело говоришь. А хоть и не помрут, а маразм их скрутит, ничего помнить не будут, тогда как?

– Надо было с ними ехать! Сели бы в машину и поехали. Не выгнали бы они нас! Мы-то вон какие здоровые.

– Да. Но теперь-то уж ничего не поправишь.

Братья снова помолчали. Потом Степан снова сказал:

– Не знаю, как ты, а я так себе пару горстей из дедова наследства отсыпал.

– И я тоже горстишку сыпанул в карман, пока мамаша в другую сторону смотрела.

– У тебя сколько? Золото есть?

– Не знаю. Пошли в дом, сочтем.

И Митя со Степаном вернулись обратно в дом. Парни они были хваткие, так что монет должно было набраться немало.

Когда они скрылись в доме, Катя спросила:

– А нам чего делать?

– Надо Нюрку догонять.

– А на чем?

– Другая машина есть.

И друзья выгнали из сарая вторую машину семьи Мельниковых. Это была старушка «Нива». Она имела вид далеко не такой парадный, была совсем не новой и, конечно, по скорости и маневренности существенно уступала «Тойоте», на которой укатили родители парней. Но дело в том, что ничего из этих качеств сейчас на местных дорогах да еще в темноте было и не нужно. От машины требовались лишь две вещи – чтобы она завелась и поехала.

Братья из дома и не выглянули. Им было не до того. Когда перед самым отъездом Андрей напоследок заглянул через окно в дом, то увидел обоих братьев вцепившихся друг другу в рубашки. Рядом на столе поблескивали две кучки монеток, и еще одна большая золотая монета лежала точно посредине между ними. Видимо, не в силах поделить между собой эту монету, братья и сошлись в жаркой рукопашной схватке друг с другом.

– Порядок! Им не до нас. Дедовский червонец делят, поделить не могут.

– Надо его продать. Возможно, что его коллекционная стоимость будет гораздо выше, чем цена самого золота.

– Может, кто другой, а я им этого советовать не стану.