Закат Америки. Уже скоро

«Электронный пастух» действует быстро и жестко. Фридман утверждает, что глобализация надевает «золотую смирительную рубашку» на все государства, подталкивая к развитию открытого бизнеса, к принятию стандартизованных бухгалтерских процедур, борьбе с коррупцией и продвижению к либеральной демократии. «Электронный пастух» многообещающе улыбается тем, кто надел «золотые смирительные рубашки» и готов приспособиться к ним, но безжалостно наказывает тех, кто упорствует. Нельзя спрятаться от неумолимой логики глобализации и «золотой смирительной рубашки», которую глобализация несет с собой. «Возможно, ваша страна еще не готова, – предупреждает Фридман, – но рано или поздно глобализация придет и к вам»(54).

Восприятие глобализации Фридманом имеет много общего с распространенным в литературе взглядом на способности международных институтов развивать процедуру сближения и сотрудничества. Фридман смотрит на рынок как на главный стимул интеграции, приверженцы международных институтов больше сосредотачиваются на возможностях таких организаций, как НАТО, ООН и Всемирная торговая организация, которые побуждают государства следовать общим курсом. Некоторые ученые уделяют основное внимание возможностям международных институтов по вмешательству в международные конфликты и наказанию тех государств, которые не выполняют своих обязательств(55). Другие утверждают, что долевое участие в международных организациях со временем приведет к выработке общих нормы и даст импульс к развитию транснациональных коалиций(56). А третьи рассматривают международные институты как инструмент осуществления «мягкой власти» – то есть расширения желаемого культурного влияния(57). Подобная перспектива ведет к глобализации не столько рынков, сколько самих международных институтов. Но главной в основе карты мира Фридмана является мысль о том, что глобальная компьютерная сеть обладает надгосударствен-ным значением и налагает на государства строгие обязательства по соблюдению общих правил.

Воздействие глобализации не ограничивается ее способностью заставлять государства смотреть и действовать более или менее одинаково. «Золотая смирительная рубашка» также имеет большое геополитическое значение. Рассмотрим фридмановскую «теорию золотых дуг», назначение которой – предотвращать конфликты. После того как «электронный пастух» включился в работу с конкретной страной, интерес этой страны к войне с другими будет таять. «Когда страна достигает определенного уровня экономического развития, когда у нее появляется средний класс, достаточно большой, чтобы поддерживать сеть „Макдональдсов“, – пишет Фридман, – она становится страной „Макдональдсов“. А люди в странах „Макдональдсов“ не любят вести войны где бы то ни было, они предпочитают стоять в очереди за гамбургерами». В то время как Фукуяма предсказывает демократический мир, Фридман надеется на мир капиталистический, основанный на идее, что глобализация «усиливает стимулы сопротивления войнам и к тому же увеличивает затраты на подготовку к войне в несколько раз по сравнению с предыдущими эпохами современной истории»(58).

Фридман признает, что не все государства согласятся с этим планом. Несмотря на перспективы быть наказанными «электронным пастухом», небольшое число государств будет сопротивляться процессу глобализации. По мнению одних, она угрожает национальной культуре; по мнению других, не следует проводить необходимые политические и экономические реформы, потому что те разрушат власть коррумпированных чиновников и уничтожат старые «правила игры», которыми руководствуется бюрократия. Новая разграничительная линия проляжет, временно или постоянно, между теми странами, которые используют преимущества мирового рынка, и теми, которые выступают против них, отказываясь от либерализации. «Сегодня уже не существует первого мира, второго или третьего, – объясняет Фридман. – Существует только Стремительный мир – мир широко открытой равнины – и Медленный мир – мир тех, кто или отклонился от дороги, или выбрал жизнь в стороне, в некоей искусственно от гороженной собственной долине, потому что для них Стремительный мир слишком быстр, слишком страшен, слишком однороден или слишком требователен»(59).

Фридман уверен, что все «уклонисты» со временем превратятся в «разбойников с большой дороги» на информационном шоссе. «Свободный рынок – единственная оставшаяся идеологическая альтернатива. Одна дорога. Разные скорости. Но дорога одна»(60). В конце концов глобализация создаст мир, населенный исключительно «резвыми» капиталистическими и демократическими государствами, связанными сетью Интернет, которые будут исповедовать общие интересы.