Закат Америки. Уже скоро

Во-вторых, согласно модели Хантингтона, мировые тенденции ведут к тому, что цивилизации настраиваются друг против друга, а не объединяются. Экономическая модернизация, Интернет и мировой рынок могут способствовать улучшению жизненного уровня во многих регионах земного шара. Но глобализация и вызванные ею изменения дезориентируют людей. Мир становится компактнее, коммуникации убыстряются – и люди начинают пугаться незнакомого окружения. Чтобы обрести почву под ногами, они обращаются к традициям, которые им ближе всего, а это ведет к возрождению религии и «возвращению к основам». Появление исламского фундаментализма в мусульманском мире, открытие «азиатского пути» в Юго-Восточной Азии, культивирование русского «евразийского» сходства – все это признаки происходящего оживления взаимодействия между культурой и политикой. Глобализация обещает стимулировать возвращение к культуре и религии, в результате чего «столкновение цивилизаций будет доминировать в политике». Согласно карте мира Хантингтона, «разграничительные линии между цивилизациями станут в будущем линиями сражений»(34).

Подчеркнутый пессимизм Хантингтона усиливается рассуждениями о том, что различные цивилизации не просто обречены сталкиваться между собой – они преимущественно ориентированы на столкновение с Западом. Западная цивилизация не только наиболее могущественная, она еще пытается навязать другим свою культуру и свои ценности. «Попытки Запада обозначить демократические ценности и либерализм как универсальные ценности, поддерживать свое военное превосходство и продвигать свои экономические интересы вызывают сопротивление со стороны других цивилизаций»(35). Хантингтон особенно обеспокоен взаимодействием конфуцианского и исламского сообществ. Находящийся на подъеме Китай, объединившись с антизападными режимами в исламском мире, может создать мощную коалицию. Хантингтон предупреждает, что «основной конфликт ближайшего будущего развернется между Западом и несколькими государствами исламского и конфуцианского толка»(36).

Соединенным Штатам, согласно Хантингтону, следует развивать стратегию, имеющую целью защиту Запада от всех противников, и одновременно стремиться к предотвращению конфликтов вдоль разграничительных линий между главными цивилизациями. «Целостность Запада зависит от американцев, подтверждающих свою западную идентичность, и от самого Запада, воспринимающего свою цивилизацию как уникальную, а не универсальную, и объединяющегося для ее обновления и защиты от соперников из не-западных сообществ»(37). Что касается потенциального возникновения конфуцианско-исламского союза, Хантингтон считает, что Соединенные Штаты обязаны ограничить военную мощь Китая и исламских государств и должны извлечь выгоду от использования политических и культурных различий между этими двумя цивилизациями. В то же время Америке следует учиться понимать другие культуры, «каждой из которых придется научиться сосуществовать с остальными»(38). В конце концов цивилизации – долговременные и прочные образования; разграничительные линии между ними никуда не исчезнут. Самое лучшее, на что Соединенные Штаты могут надеяться, – это взаимное терпение и мирное сосуществование в долгосрочной перспективе.

Пол Кеннеди и Роберт Каплан познавали мир по-разному. Знаменитый ученый из Йеля, Кеннеди – один из мировых экспертов в области дипломатической и военной истории Британской империи. Он автор многочисленных научных работ, включая бестселлер «Расцвет и падение великих цивилизаций». Пока Кеннеди освещал блеском своего интеллекта престижные йельские аудитории, Роберт Каплан скитался по грязным городским трущобам на задворках мира. Он делал репортажи о бедственном положении бездомных, больных и отчаявшихся жителей с Ближнего Востока, из Африки, Европы, или Азии. Путевые заметки Каплана: «Балканские привидения» и «На краю света» получили широкое признание(39).

Несмотря на различия в жизненном опыте, Кеннеди и Каплан предложили схожее видение новой американской карты мира. Оба определяют будущую разграничительную линию как линию раздела между богатыми странами Севера и бедными странами Юга. По мнению Кеннеди и его соавтора Мэтью Ко-нелли, человечество движется к размежеванию мира на два лагеря – Север и Юг, изолированных друг от друга и неравноправных. По одну сторону разграничительной линии находится «сравнительно небольшое количество богатых, пресытившихся, демографически устойчивых сообществ». С другой стороны будет «большое количество обнищавших государств с истощенными ресурсами, чье население удваивается каждые двадцать пять лет или даже чаще. Как они, раздираемые внутри региональными или международными противоречиями, смогут общаться друг с другом? Только превращая любую мелкую проблему в проблему мирового масштаба»(40). Кеннеди не испытывает оптимизма. «Взрыв рождаемости по одну сторону мира и технологический прорыв по другую, – предупреждает он, – не являются хорошей предпосылкой для международной стабильности»(41).