Замогильные записки Пикквикского клуба

Въ тотъ день y м-ра Перкера былъ большой парадный обѣдъ, какъ объ этомъ тотчасъ-же можно было догадаться по великолѣпному освѣщенію гостиной, откуда неслись торжественные звуки фортепьяно. Запахъ лакомыхъ блюдъ, распространившійся отъ кухни до крыльца, окончательно убѣждалъ въ этой догадкѣ. Въ числѣ гостей м-ра Перкера были: м-ръ Сникксъ, секретарь компаніи страхованія жизни, м-ръ Прози, знаменитый стряпчій, три адвоката, одинъ комиссіонеръ банкротскаго суда, директоръ изъ Темпля и ученикъ его, одноглазый молодой джентльменъ, подававшій блистательныя надежды и выступившій на юридическое поприще ученымъ трактатомъ о хлѣбныхъ законахъ. Были еще и другія, болѣе или менѣе знаменитыя особы. Когда доложили о внезапномъ прибытіи письмоводителя изъ конторы, м-ръ Перкеръ, оставивъ гостей, пошелъ въ столовую, гдѣ, при слабомъ свѣтѣ кухонной свѣчи, дожидались его м-ръ Лоутонъ и м-ръ Іовъ Троттеръ.

— Здравствуйте, Лоутонъ, — сказалъ м-ръ Перкеръ, затворяя дверь. — Что новаго? Не полученъ-ли какой-нибудь пакетъ съ послѣдней почтой?

— Нѣтъ, сэръ, — отвѣчалъ Лоутонъ, — вотъ этотъ человѣкъ присланъ къ вамъ отъ м-ра Пикквика, сэръ.

— Отъ Пикквика? — сказалъ адвокатъ, быстро поворачиваясь къ Іову. — Ну, въ чемъ-же дѣло?

— Додсонъ и Фогтъ арестовали м-съ Бардль за неустойку ея по судебнымъ издержкамъ, — отвѣчалъ Троттеръ. — Теперь она въ тюрьмѣ, сэръ.

— Право? — воскликнулъ м-ръ Перкеръ, опуская руки въ карманы и облокачиваясь на буфетъ.

— Точно такъ, сэръ, — подтвердилъ Іовъ. — Передъ начатіемъ этого процесса, Додсонъ и Фогтъ взяли съ нея собственноручную росписку, по которой она обязалась имъ выплатить за всѣ издержки немедленно послѣ приговора, произнесеннаго судомъ присяжныхъ. По этой роспискѣ она и сидитъ теперь въ тюрьмѣ.

— Вотъ какъ! Ну, признаюсь, — сказалъ Перкеръ, вынимая обѣ руки изъ кармановъ и энергически ударяя щиколками правой руки ладонь лѣвой, — съ такими умнѣйшими канальями мнѣ еще не приходилось имѣть дѣла.

— О, да, сэръ, это самые удивительные практиканты, какихъ только я зналъ! — замѣтилъ Лоутонъ.

— Удивительные! — подтвердилъ Перкеръ. — Передъ ними исчезаетъ всякая юридическая опытность и самое тонкое знаніе законовъ.

— Справедливо, сэръ, справедливо, — отвѣчалъ Лоутонъ.

Принципалъ и его подчиненный разсуждали еще нѣсколько минутъ о необыкновенной проницательности господъ Додсона и Фогга, при чемъ лица и глаза ихъ просіяли удивительнымъ блескомъ, какъ будто имъ удалось сдѣлать одно изъ самыхъ геніальныхъ открытій человѣческаго ума. Когда, наконецъ, мало-по-малу они оправились отъ своего изумленія, Іовъ Троттеръ сообщилъ остальныя подробности порученія, возложеннаго на него Самуэлемъ. Перкеръ задумчиво опустилъ голову и вынулъ изъ кармана часы.

— Завтра, ровно въ десять, я буду имѣть честь увидѣть м-ра Пикквика, — сказалъ адвокатъ. — Самуэль разсуждаетъ очень умно. Скажите ему это. — Не хотите-ли рюмку вина, Лоутонъ?

— Нѣтъ, сэръ, — покорно благодарю.

— То есть да, хотите вы сказать, — отвѣчалъ адвокатъ, поворачиваясь къ буфету за рюмками и графиномъ.

Лоутонъ не сдѣлалъ никакихъ возраженій, потому что въ отрицаніи его дѣйствительно подразумѣвался утвердительный отвѣтъ. Онъ только обратился къ м-ру Іову и спросилъ его довольно громкимъ шопотомъ: какъ онъ думаетъ: портретъ, висѣвшій надъ каминомъ, не представляетъ-ли удивительнаго сходства съ особой м-ра Перкера? На что Іовъ, какъ и слѣдуетъ, отвѣчалъ, что дѣйствительно представляетъ. Когда вино было налито, Лоутонъ выпилъ за здоровье м-съ Перкеръ и ея дѣтокъ; м-ръ Іовъ за здоровье Перкера. Затѣмъ они раскланялись и ушли, каждый въ свою сторону. Перкеръ воротился къ гостямъ, письмоводитель въ трактиръ «Сорока», Іовъ — на Ковентъ-Гарденской рынокъ провести ночь, гдѣ Богъ пошлетъ.

На другой день, въ десять часовъ утра, минута въ минуту, аккуратный адвокатъ постучался y дверей м-ра Пикквика, которыя и были, съ великою поспѣшностью, отворены Самуэлемъ.

— М-ръ Перкеръ, сэръ, — сказалъ Самуэль, докладывая о прибытіи гостя своему господину, который сидѣлъ y окна въ задумчивой позѣ. — Очень радъ, сэръ, что вы теперь случайно пожаловали къ намъ. Старшина желаетъ, кажется, переговорить съ вами, сэръ.

Перкеръ бросилъ на Самуэля многознаменательный взглядъ, давая знать, что онъ понимаетъ, какъ должно вести себя при настоящихъ обстоятельствахъ. Пикквикъ, разумѣется, не долженъ знать, что за нимъ, Перкеромъ, посылали. Затѣмъ м-ръ Перкеръ прошепталъ что-то на ухо Самуэлю.

— Неужели! Вы не шутите, сэръ? — сказалъ Самуэль, отступая назадъ въ припадкѣ величайшаго изумленія.

Перкеръ кивнулъ и улыбнулся.

М-ръ Самуэль Уэллеръ взглянулъ на адвоката, потомъ на м-ра Пикквика, потомъ на потолокъ, потомъ опять на Перкера; оскалилъ зубы, засмѣялся, захохоталъ и, наконецъ, схвативъ шляпу, опрометью бросился изъ комнаты безъ малѣйшихъ объясненій.

— Что это значитъ? — спросилъ м-ръ Пикквикъ, бросая на Перкера изумленный взглядъ. — Что привело моего слугу въ такое загадочное состояніе?