Записки бизнесюка

Убить могут и проститутку, вознамерившуюся стать графиней. Община здесь ни при чём. Открыть свою точку стоит $300 тысяч (1,5 млн. руб.) в карман герцогу. Чтобы их накопить, проститутка должна либо, как они говорят, «на трёх кроватях одновременно пахать», либо, что чаще, «химичить». Например, утаивать выручку или тайно продавать клиентам наркотики. То и другое — очень крупные косяки. Это ведь победителей не судят, а побеждённых — только так. Классический способ уйти с точки: выйти замуж за клиента. Не редкость, но ничего хорошего обычно не выходит. Соней Мармеладовых среди нынешних проституток нет, а формула «из проституток получаются самые лучшие жёны» — устарела.

Почему? Казалось бы, нахлебавшись грязи на точке, женщина имеет резоны крепко держаться за мужа. Но местных проституток в крупных городах давно нет. В 1990-е были. Особенно много москвичек пришли на точки после дефолта 1998 года. Сейчас 100 % крепостных приезжие, за исключением приходящих индивидуалок. В родных местах остаются семьи. Обычно неполные: муж либо в тюрьме, либо незнамо где, либо не хочет вспоминать об «ошибках молодости» и платить алименты. На точки вербуют не малолеток; большинство проституток имеют детей, оставленных на родителей или на родственников. Для того и стоят они на точках: чтобы 20 тыс. руб. в месяц ребёнку послать. Отсюда потребительское отношение к мужчинам. Заполучив клиента в мужья, или сожители, нынешняя шлюха ею и остаётся: тянет-потянет. Свой ребенок дороже, а «все мужики сво…», в чём она могла не раз убедиться на точке. Как правило, браки клиентов с проститутками, официальные или нет, через год-два, распадаются. Мужик восстаёт и прекращает кормить чужих детей и многочисленную прожорливо-наглую провинциальную родню, обретённую в довесок к благоверной. Особенно, когда бывшая проститутка месяцами живёт дома с детьми, бросив мужа-клиента. Муж ведь не сутенёр: в морду не даст, искать не поедет. Зато денег с него потребовать и вытянуть можно. Чтобы хватило на всю родню, по доброй провинциальной традиции охватывающую всю деревню или полгорода. С их стороны глупо так поступать, но они, как правило, умом и не блещут. Думают: раз мужики сами на точку приходят, то взовьётся этот муж — найдём другого. Иногда они возвращаются. В смысле, на точку после неудачного замужества. Творческий поиск, ага. Лучше всего о том сказал поэт:

Не в ветхих сочиненьях грека,

А в русской классике простой —

Давно постиг я мудрость века:

«Не верь блядям!» — сказал Толстой.

Не думай, приятель, что я жалею проституток, называя их крепостными. Жалел бы, если на дворе Интернета не было. Минимальный рабочий компьютер стоит 15 тыс. руб., безлимитный интернет — 500 руб. в месяц, компьютерные курсы — 9 тыс. руб. Это двух- трёхмесячный доход крепостной проститутки; вполне доступно. Многие из них имеют компьютер и Интернет, но не используют их для самообразования. А ключ именно в нём, если женщина действительно хочет выбраться с точки и улучшить свою жизнь.

Расскажу про двух женщин, которыми я восхищаюсь. Не проституток.