Записки бизнесюка

Ещё пара интересных фактов. В Древнем Вавилоне, а затем в Риме (но не в Египте) рабочий день раба по закону был ограничен 12-ю часами. Ты, приятель, вчера сколько работал? 18 часов? Ну-ну. В Риме рабам запрещалось работать в праздники. Что вызывало неудобства. В городе имелось такси. Шикарные лимузины представляли собой паланкин с шестёркой, а то и восьмёркой рабов по бокам. Были и частники: запряжённые лошадьми или мулами повозки на двух человек. Лимузины, как и сейчас, держали не для коммерции, а для престижа. Частный извоз был выгоден, как сегодня выгодны велорикши в азиатских странах. Римляне велосипед не изобрели, зато придумали первый в мире таксомоторный счётчик в виде двух концентрических ободьев, устанавливавшихся на ступице колеса. Каждые 5 тысяч шагов отверстия в ободьях совмещались, и сквозь них в ящик-кассу падал камушек. Эти новшества описал инженер и архитектор Витрувий. Он сетовал, что по праздникам такси не работают, и приходится почтенным патрициям, кряхтя, пешком лезть на крутенький Капитолийский холм. Юлий Цезарь решил проблему, обязав трудиться в праздники рабов из тех храмов, чьего бога праздник. И особым указом разрешил работать в праздники рабам-таксис-там. Но установил компенсацию в виде двух выходных в последующие дни. Не забыл и государство: таксистам надо было платить за очищение, ибо грех.

Надо сказать, что Рим — не расцвет рабовладения, как многие думают. Это закат, а расцвет — Вавилон. Только там додумались, как решить проблему самодура-хозяина не административно, а институционально. Всё гениальное просто: через механизм долгового рабства. Вавилоняне были большими законниками: раб мог свидетельствовать в суде. Правда, голос свободного был весомее: по различным преступлениям от двух до десяти раз. В частности, лишь согласованные показания десяти рабов могли обвинить свободного в самом страшном преступлении: святотатстве. Но в имущественном праве голоса рабов и свободных были равны. Имущество раба, скажем, мастерская, хозяину не принадлежало. В результате немало рабов стало богаче хозяев. Особенно это касалось тех, кому рабы доставались по наследству. Но большинство самодуров именно они. Как и во все времена, древневавилонские мальчики-мажоры хозяйством заниматься не хотели, а желали кутить на отцово наследство. В долгах как в шелках, благо шёлк из Китая в Вавилоне был. У кого одолжить, как не у собственного богатого раба? Он хотя бы среди приятелей-мажоров не растреплет. Юнцы были много должны своим рабам. Имелись документы: долговые расписки на глине, поскольку бумага (папирус из Египта) была дорога. Но печати самые настоящие, нисколько не изменившиеся с тех пор, как вавилоняне их изобрели. Когда просроченных расписок накапливалось много, умный раб подавал на хозяина в суд. Закон суров: неплательщика брали под белы ручки и отдавали во временное (от года) рабство… собственному рабу. А тот уже ждал, плёточкой помахивая. Ведь ремесленник из мажора никакой, его гонять и гонять. После введения практики перекрёстного рабства случаи открытого самодурства среди вавилонских рабовладельцев резко пошли на убыль.