Записки путешествующего ветеринара: нескучные истории о диких пациентах

Пока Артура не было, я несколько раз проверил направление перекрута. Он шел против часовой стрелки, что означало, что матку следует раскручивать по часовой стрелке. Либо вращать корову против часовой стрелки, удерживая матку в одном положении… Правильно ли это? Мне казалось не совсем очевидным вращать корову в направлении перекрута. Я мысленно представил себе весь процесс снова, шаг за шагом. Да… правильно, и я был в этом уверен.

В случае ошибки можно было позвонить Мартину или Нейлу и попросить помочь мне с первым кесаревым сечением!

Вскоре Артур вернулся с женой, маленькой полной леди с красными щеками и дружелюбной улыбкой. Было ощущение, что Артур оторвал ее от каких-то дел на кухне. «Вероятно, она пекла какой-то вкусный торт», – подумал я. Из-под поношенной зеленой стеганой куртки виднелись цветастое платье и фартук. Очевидно, она наспех набросила ее, надев также резиновые сапоги и бежевую панамку.

– А вы, должно быть, новый ветеринар. Я Мэри, жена Артура, приятно познакомиться, – произнесла она. – Артур сказал мне, что случай сложный, и что-то о перекатывании коровы?

Я начал объяснять ей ситуацию и то, что предстояло делать.

– Ничего себе задачка! – отреагировала она.

– Вы готовы? Вы с Артуром сможете перекатывать ее? – спросил я.

– О, за нас не переживайте. Мы занимались фермерством задолго до вашего рождения, и нам доводилось перекатывать корову раз или два. Да, Артур? Но не в подобном случае.

– Да, конечно, – согласился с ней муж.

– Отлично. Итак, нам нужно перекатить ее на левый бок, а потом перекатывать дальше в одну сторону, – говорил я, одновременно показывая руками и мысленно проверяя самого себя. – Все правильно.

Полностью вытянувшись на траве позади коровы, я аккуратно вставил правую руку в отверстие и почувствовал туго натянутую полоску, а за ней, двигаясь максимально дальше в направлении против часовой стрелки, я вдруг нащупал копытце теленка. Там было плотно, но мне удалось аккуратно продвинуть руку еще дальше, чтобы ухватить его ногу. Это был хороший знак. Если я смог просунуть руку так далеко, то это значит, что перекрут был, вероятно, всего на 180 градусов, и у нас был хороший шанс его выправить.

– Ок, – сказал я, – я готов к тому, чтобы вы начали перекатывать ее.

Они осторожно переложили ее на левый бок. Теперь мне следовало быть аккуратным, чтобы корова не лягнула меня. Артур принес с собой веревку и связал ей по отдельности передние и задние ноги. Затем он взялся за передние ноги и голову, а Мэри – за задние ноги. Они одновременно потянули за них, постепенно перекатывая ее на спину, а потом на правый бок. Отогнув ей вверх и задние, и передние ноги, они смогли затем перекатить ее обратно в сидячее положение.

Это произвело магический эффект: плотная полоска исчезла, и я теперь мог вставить руку намного дальше и гораздо легче нащупывал ноги и головку теленка. Все было в норме, и его мать, очевидно, почувствовала себя более комфортно. Я ощутил сокращение, потом еще одно. На третий раз у нее отошли воды. Моя рука в тот момент все еще находилась у нее внутри по самое плечо, голова – всего в нескольких сантиметрах от коровы, и я лежал, вытянувшись на земле и приготовившись встретить весь поток ее амниотической[18] и аллантоидной[19] жидкости. И вот тогда примерно 12 литров теплых, слизистых, едких плодных вод обрушились на мою голову, залив мне спину, брюки, намочив ноги и даже попав в резиновые сапоги. Такое чувство, словно кто-то вылил на меня полную ванну воды. Я промок до нитки и понял, почему в тот промозглый ветреный вечер в Ирландии Йан разделся до пояса. Почему я не предусмотрел это? Результат был, конечно, омерзительный.

– О боже, нет! – прокомментировала Мэри. – Похоже, вы слегка промокли, юноша. Но как же я не догадалась, что этот прием с перекатыванием сработает?

Отчаянно пытаясь сохранить остатки самообладания и профессионализма, чтобы мой голос звучал уверенно, я сказал:

– Да, да, действительно, миссис Уоттс. Сработало идеально. Теперь мы… мы, наверняка, сможем принять у нее роды без особых проблем.

Я даже не двинулся с того момента, как меня окатило водой. Теперь уже не было нужды оставаться в том же положении, когда матка была раскручена. К тому же мне следовало заняться извлечением теленка.

Я знал, что любое движение лишь усилит отвратительное ощущение того, насколько я промок. Но с этим ничего нельзя было поделать. Так что, сделав глубокий вдох, но стараясь не вдыхать исходящий «аромат», я поднялся на ноги и побрел, хлюпая, к джипу, чтобы забрать веревки для отела.