– Тебе лучше этого не знать, – ответил Джеймс, – но если что-то случится, просто передай нашим женам, что мы любим их. Они с Крисом засмеялись.
– Что? – спросила Дженна с удивлением и тревогой.
– Не беспокойся, я пошутил, все будет отлично. Нам просто нужно сделать инъекцию Марти.
– Я только подскочу к машине и заберу шест и свой чемоданчик, – сказал я, теперь уже решительно настроенный осуществить план Криса и Джеймса.
– Я могу сходить и принести перчатки, чтобы защитить руки, – предложил Крис.
– О, хорошая идея, и захвати заодно мою защитную куртку.
– Хорошо, я тогда и свою возьму. Мы застегнем молнии до подбородка, и воротник защитит шею.
– Ну, ребята, вы крепкие орешки, – воскликнула Дженна.
Несколько минут спустя все оборудование было выложено в коридоре, а Крис вернулся с куртками и перчатками. Дженна предпочла удалиться, чтобы не волноваться.
– Сколько они весят? – спросил я, готовя свою смесь.
– Около 25 килограмм, – ответил Крис.
– Ого, всего лишь? Учитывая их размер, я полагал, что они тяжелее.
– Да, они высокие, но у них очень тонкая кость.
– Ок, спасибо.
Я высчитал дозу и набрал смесь в шприц, снял иглу, вставил шприц в насадку трубки и наполнил трубку лекарством. Добавив в шприц физраствор, снова соединил его с трубкой и надавил на поршень, пока лекарство не оказалось в другом конце трубки, где была прикреплена игла. Теперь, когда шприц насажен, все было готово, оставалось воткнуть иглу в волка и нажать на шприц, лекарство будет введено.
Пока я занимался этим, Джеймс с Крисом тоже готовились: примеряли куртки, перчатки и австралийские широкополые шляпы, так что видны были только их лица.
– Ты готов, Джон? – поинтересовался Джеймс.
– Да, но вы точно уверены, что хотите сделать это? – уточнил я в момент последнего сомнения. Однако колеса уже пришли в движение, а уровень адреналина и тестостерона подскочил, и теперь уже ничто не могло изменить принятого ими решения.
– Да, все отлично. Не волнуйся, мы не станем винить тебя, если что-то пойдет не так! – сказал Крис смеясь.
– Да, но ваши жены могут, – парировал я.
– Ок, поехали. Мы скажем тебе, когда будет безопасно входить. Так что сперва закрой за нами дверь, – сказал Крис, поднимая матрац и медленно открывая дверцу клетки, входя внутрь с Джеймсом, идущим за ним по пятам.
Когда они исчезли в вольере, ворчание и рычание Марти усилилось. Надавив на дверь, я закрыл ее за ними. Дверь открывалась только внутрь, и это означало, что если один из них застрянет там, то я не смогу вытащить его иначе, как только зайдя в клетку сам. Я вжался в стену за углом, так как мне было слишком страшно наблюдать за происходящим: шум только усиливался. Мое воображение немедленно предложило массу самых ужасных сценариев. Но сейчас уже было слишком поздно что-то менять. Мне оставалось только стоять там и молиться, чтобы все шло по плану.
Прошло, вероятно, всего пара минут, но по ощущениям целая жизнь. Уровень свирепости достиг максимума, а потом вернулся к негромкому рычанию. И тут раздался голос Джеймса:
– Мы готовы, Джон. – Правильно ли я услышал? План сработал? Я не мог поверить, но затем Джеймс позвал снова, теперь уже более настойчиво, – Джон, мы держим его, можешь входить.
Я открыл задвижку и вошел внутрь, держа шест для инъекции наготове. Крис с Джеймсом были в ближнем ко мне углу, придавив матрац, который частично застрял под деревянной полкой, что шла вдоль всей задней стены вольера.
Из-за матраца виднелась только задняя часть туловища Марти и хвост. Я не стал колебаться, быстро всадил иглу волку в крестец и ввел препарат.
– Ок, сделал, – сказал я, отступив назад и выйдя за дверь.
– И все? Мы закончили? – спросил Крис удивленно.
– Да.
– Ого, а ты не стал ходить вокруг да около, – добавил Джеймс. – Крис, раз-два-три и мы уходим, хорошо?
– Хорошо.
– Раз, два, три – уходим! – сказали они одновременно. Оказавшись снаружи, мы тут же захлопнули дверь, закрыв ее на засов.
– Эй, все прошло даже лучше, чем я предполагал, – сказал Джеймс.
– И правда, – согласился Крис.
– Теперь нам нужно дождаться, когда препарат начнет действовать, и он заснет, – добавил я.
– Ох, так-то лучше. Не думаю, что мое сердце выдержит подобное еще раз. Я не вру, мне действительно было по-настоящему страшно, – признался теперь Джеймс.
Было сложно оценить состояние Марти через узкие оконные решетки дверцы клетки, но его рычание и ворчание медленно ослабевали, а спустя примерно пять минут и вовсе прекратились. Мы осторожно открыли дверь, достаточно для того, чтобы протиснуться внутрь и потыкать его шестом. Он не реагировал.
– Отключился, – сказал я со вздохом облегчения. Мы сделали это. Марти заснул, и никто не пострадал.
– Отлично.
– Хорошая работа, молодцы.