Заповедная Россия. Прогулки по русскому лесу XIX века

Деревья и леса, вдохновившие писателей и художников, о которых шла речь в этой книге, по большей части сохранились – не в последнюю очередь благодаря их собственному культурному значению. Ясная Поляна Толстого, наверное, самое известное место паломничества для иностранцев в России, а Светлояр, Полесье, дендрарий Лесотехнического университета и Абрамцево находятся под охраной государства, в какой-то степени из-за того, что ассоциируются с писателями и живописцами, которых мы обсуждали. За десять лет, которые я работала над этой книгой, я научилась по-новому смотреть на деревья: не просто выучила названия разных видов на русском и английском и кое-что стала понимать в лесных почвах и законах гидродинамики. Вышеупомянутые авторы научили меня видеть в деревьях и лесах безмолвные сообщества и наших товарищей. А все примеры товарищества по отношению ко мне, проявленного писавшими в XIX веке на тему лесов и лесного вопроса, и не перечислить. Попытки русских привлечь внимание общественности к надвигающейся катастрофе глобального масштаба по многим параметрам схожи с нынешними усилиями найти слова и образы для разговора о глобальном потеплении; интересно, какая эстетика – репинской страшной гибели или нестеровского божественного потенциала – скорее сможет достучаться до сердец. Уже несколько лет меня преследуют зловещие голоса тургеневского Полесья, когда я совершаю свои утренние прогулки, обходя границы свежескошенных лугов и мрачной тенистой чащи – есть что-то одновременно пугающее и манящее в этой темной стене, и я говорю с ней о смерти и об утрате, словно ей есть что ответить, даже если расслышать ответ я не смогу. Еще в начале написания этой книги общественность Бэйтс-колледжа была возмущена тем, что на территории кампуса срубили более 90 деревьев. Оказалось, что их вырубка, как и в случае вырубки липовой аллеи в Орле, планировалась уже довольно долго; на месте срубленных берез, кленов и вязов высадили аккуратную аллею японских берез – монокультуры, вызвавшей раздражение у преподавателей и персонала как нелепое представление некоего массачусетского дизайнера о штате Мэн. Жестокость, ощущение утраты и безмолвие наших товарищей – деревьев омрачило мой труд, как это произошло и в жизни Рудзкого. Я начала писать книгу в 2001 году; 11 сентября того же года, за месяц до моего отлета в Россию для продолжения изучения русских лесов, на моем пороге появились два садовника, чтобы посадить деревья, заказанные в июле. Под пугающе чистым небом в тот сентябрьский день они посадили платан и багряник. Десять лет спустя эти деревья дают нам сень и тень.

В самом конце процесса написания этой книги я совершила открытие, которое словно сделало картину полной. «Автопортрет со спины» Олега Васильева потряс меня еще тогда, когда я впервые увидела его в октябре 2001 года: он каким-то сверхъестественным образом вызывал образ тургеневского охотника, замершего перед Полесьем, и мне нравилось, как черты человека будто бы растворялись в осеннем пейзаже. В нем не было ни триумфа, ни четкого разграничения, как у фридриховского «Странника над морем тумана», который тут же вспомнился мне. Я полюбила картину Васильева и увлеклась ею, но все же она как-то забылась, пока я работала над другими текстами и изображениями. // вот летом 2011 года я вернулась к ней и прочитала несколько эссе Васильева, в том числе то, где он рассказывает, где именно создавал «Автопортрет со спины». Выяснилось, что он написал его недалеко от Абрамцева, рядом с деревней, где Нестеров трудился над своим «Сергиевским циклом». Лес, в который направляется его фигура, – это лес Нестерова, святого Сергия и Аксакова. Он прокладывает в нем путь – путь исключительно свой собственный, но в то же время пройденный ранее [Васильев 2005: 91, 94][322]. На краю леса мальчик испускает вопль, словно играет с кем-то в прятки. А потом уходит за бабушкой в поле гречихи, цветущей и прекрасной. Мы ускользаем обратно в темноту, укрытые и усмиренные окружающим лесом.

Источники

А. С. 1850 – А. С. Дилетантизм в лесоводстве // Лесной журнал. 1850. № 18.

Арнольд 1850 – Арнольд Ф. К. О собрании материалов для лесной статистики России // Лесной журнал. 1850. № 5. С. 37–38; № 6. С. 45–46.

Арнольд 1893 – Арнольд Ф. К. Русский лес: В 3 т. (4 ч.). Т. 1. СПб.: Издание А. Ф. Маркса, 1893.

Ахматова 1976 – Ахматова А. А. Стихотворения. Л.: Лениздат, 1976.

Белокуров 1892 – Белокуров С. А. Преп. Сергий Радонежский и Троице-Сергиева лавра в русской литературе (Материалы для полной библиографии). М.: Типография Снегиревой, 1892.

Белый 1981 – Белый А. Петербург. М.: Наука, 1981.

Богданов 1904 – Богданов М. Н. Из жизни родной природы: Зоологические очерки и рассказы М. Н. Богданова, профессора Санкт-Петербургского университета. СПб.: Типография Ю. Н. Эрлих, 1904.

Боев 1871 – Боев Н. Картины лесной жизни: Эпизоды из неоконченной повести // Русский вестник. 1871. Декабрь. С. 556–599.