Запрещенная экономика. Что сделало Запад богатым, а Россию бедной

Сейчас авиалайнеры воспринимаются как норма, а в начале XX века даже многие видные специалисты скептически относились к идее постройки большого самолета. Даже великий Менделеев в те годы считал, что вряд ли в обозримом будущем появится аэроплан, пригодный для пассажирских перевозок. Конечно, Менделеев не был авиаконструктором, хотя помимо химии прекрасно разбирался в математике, но идеи Сикорского считались нереальными и среди ряда экспертов по воздухоплаванию. Постройка самолета-гиганта была трудоемким и дорогостоящим проектом с неясными перспективами, однако Шидловский согласился с аргументами Сикорского и дал добро на создание аэроплана беспрецедентных для той эпохи размеров.

Весной 1913 года машина была готова. Ее характеристики поражали воображение: размах крыла – 27 метров, вес – свыше 3 тонн, четыре двигателя по 100 лошадиных сил каждый. Ни в одной стране мира еще не делали ничего подобного. Самолет назвали «Грандом», а спустя некоторое время переименовали в «Русского витязя». Первый блин не вышел комом, испытания аэроплана прошли успешно, и осмотреть самолет захотел лично Николай И. Император поднялся на борт, а потом стал задавать конструктору вопросы, удивившие Сикорского высоким уровнем инженерной компетенции. На самом деле удивляться тут было нечему. Николай получил техническое образование высочайшего уровня.

Работая над «Грандом», Сикорский не забывал и другие проекты. В те годы он разработал несколько новых самолетов, которые регулярно ставили рекорды и нередко выигрывали авиационные конкурсы. Так, например, на соревнованиях 1913 года машины Сикорского (С-10 и С-11) вновь обошли иностранных конкурентов, лучшие модели монопланов «Депердюсеен» и «Моран-Сольнье». Денежные премии за эти победы составили 40 тысяч рублей. Для сравнения напомню, что годовая зарплата губернатора в те годы – 10 тысяч рублей.

Возможно, у читателя сложилось впечатление, что столь выдающие успехи были достигнуты лишь гением одного Сикорского и в этом смысле являются исключением из правил, так сказать, достижения вопреки системе. Разумеется, это не так. Уже 1910 году Петербургский политехнический институт стал целенаправленно готовить инженеров в сфере воздухоплавания. Под руководством Георгия Александровича Ботезата аэродинамическая лаборатория Петербургского политеха проводила исследования самолетов Сикорского. Прочностью конструкции аэропланов занималась отдельная лаборатория, которую консультировал видный инженер Степан Прокофьевич Тимошенко. Целый ряд других известных ученых нашей страны уже тогда плодотворно работали в сфере авиастроения.

Вокруг Жуковского сформировался целый коллектив специалистов, среди которых были Архангельский, Юрьев, Туполев – люди, которые впоследствии участвовали в создании советской авиации.

Кстати, эмигрировавший после революции в США Бо-тезат построил для американских ВВС вертолет. Там же оказался и Тимошенко, сделавший столь серьезный вклад в американскую науку, что в его честь была учреждена награда «Медаль Тимошенко». Америке было чему поучиться у «лапотной России». В США переехал и сам Сикорский, прославивший новую родину отличными вертолетами, но это потом, а сейчас возвращаемся в 1913 год.

Полеты «Русского витязя» привлекли военных. Следующим этапом в развитии тяжелой авиации стал «Илья Муромец» – самолет, изначально спроектированный так, чтобы его использовали и в боевых действиях. Новый аппарат превосходил своего гигантского предшественника размерами и грузоподъемностью. В начале 1914 года на нем был установлен мировой рекорд – самолет взял на борт 16 человек. Впервые появился самолет, который в полной мере относился к пассажирским. Россия открыла новую страницу в авиастроении.

Разумеется, военных интересовали боевые возможности нового аппарата. Еще до Первой мировой в России началось производство авиабомб, а Русско-Балтийский завод получил заказ от армии на десять аэропланов-гигантов, но неожиданно (а на самом деле вполне ожидаемо) против «Ильи Муромца» выступили депутаты четвертой Государственной Думы. На этот раз в ее составе оказалось около четверти депутатов с низшим образованием. Между тем военный бюджет утверждался именно Думой и от ее позиции зависело финансирование оборонных заказов.

В этой ситуации Сикорский решился на неординарный поступок: пригласил в полет своих критиков. На высоте в 2 км у депутатов произошло просветление мозгов и они взяли свои слова обратно. В дальнейшем репутация «Ильи Муромца» укрепилась благодаря беспрецедентному перелету из Петербурга в Киев, который состоялся буквально накануне Первой мировой.

Министром обороны тогда был Сухомлинов, много сделавший для модернизации русской армии, и когда началась война, Россия имела на вооружении тяжелый четырехмоторный самолет. В то время другие страны об этом и не мечтали.