Защита Сталина

«Переработку документов оперативного плана с учетом опыта январских игр возглавил новый начальник Генштаба генерал армии Г. К. Жуков. Согласно «Плану разработки оперативных планов» требовалось уточнить документы по «южному» варианту к 22 марта, а по «северному» варианту – к 8 марта 1941 г. К сожалению, не ясно, была ли выполнена эта задача, ибо подготовленный к 11 марта 1941 г. новый вариант окончательно закрепил отказ от «северного» варианта и переориентировал основные усилия войск на Юго-Западное направление».

Далее Мельтюхов сослался ссылкой «1404» на исследование «1941 год – уроки и выводы», с. 57. Ну что ж, можно, конечно, глянуть – что там, на «странице 57» писалось о том, что «Соображения от 11 марта» закрепили «отказ от «северного» варианта и переориентировали основные усилия войск на Юго-Западное направление». Но, пожалуй, из-за «экономии печатных знаков» не станем этого делать – желающие и сами могут попробовать в интернете поискать на этой «странице 57» (или еще на каких-нибудь в этом исследовании) хоть какое-то упоминание, что «подготовленный к 11 марта 1941 г. новый вариант окончательно закрепил отказ от «северного» варианта и переориентировал основные усилия войск на Юго-Западное направление».

Увы, Мельтюхов в момент написания своей книги (а возможно, и «сегодня») свято веровал, что «Соображения от 11 марта 1941 года» есть именно тот рабочий документ, по которому и готовился воевать Жуков. Но как подтверждает исследователь С. Л. Чекунов, работавший для своего исследования-книги о предвоенном планировании РККА в ЦАМО со всеми возможными (доступными) «планами войны», данные «Соображения» февраля-марта 41-го не более чем черновик. Один из. Написанный как один из вариантов на основе «общих» «Соображений» осени 1940 года.

К сожалению, Мельтюхов не указал дату, когда «требовалось уточнить документы по «южному» варианту к 22 марта, а по «северному» варианту – к 8 марта 1941 г.». Но явно в это время и началось сочинение новых «северного» и «южного» вариантов военных – с фланговыми ответными ударами по неосновным силам противника. По итогам «успешно» проведенных КШИ. При этом получается, что «северный» вариант на начало февраля точно был основным – ведь его надо было отработать к 8 марта, а «южный» позже – к 22 марта!

Но в феврале приоритетность вариантов – меняется! И собрат Мельтюхова по «резунизму» М. Солонин и нашел, что 1 февраля 41-го, в тот день, когда Жуков стал начальником Генштаба, и было решено – срок исполнения «северного» варианта вообще перенести с «к 1 мая» на «к 1 июля». И данный исследователь и поможет нам окончательно разобраться – по каким же планам сам Сталин собирался воевать на самом деле. Ведь КШИ января 41-го были не последними играми Генштаба перед 22 июня, на которых отрабатывались варианты отражения будущей агрессии.

* * *

5 мая 1941 года Сталин становится председателем СНК (главой правительства) и формальным начальником для наркома обороны. 5–6 мая в округа уходят директивы НКО и ГШ на отработку в приграничных округах новых Планов прикрытия. Которые, как показывают в исследовании «1941 год – уроки и выводы», не совсем соответствовали рабочим, одобренным Сталиным «Соображениям» Генштаба. А примерно с 14 мая в ГШ начались последние перед войной Командно-Штабные игры, закончившиеся примерно 20 мая.

* * *

Как показывает исследователь С. Л. Чекунов, на этих КШИ «проигрывался только ПП, и не полностью, а в определенной части… Было две игры по действиям ВВС в начальный период – на участках ПрибОВО и ЗапОВО».

Обратите внимание – проводятся игры на самых важных участках границы! Там, где немцы будут наносить свои главные удары – там и решено провести игры в Генштабе – по проверке действий наших ВВС по завоеванию господства в воздухе! При том, что право первого удара отдается именно Германии.