Защита Сталина

Сам Грецов – доктор военных наук, преподаватель в Академии Фрунзе и работа его – «Для служебного пользования», выпущенная типографией военной академии Генерального штаба, что позволяет считать утверждение о наличии данной директивы от «2.30» ночи 22 июня – фактом. Такие закрытые работы, конечно же, также грешили в те годы стандартным набором высказываний-заклинаний, разоблачающих сталинизм (о невинных репрессиях в адрес тухачевских и т. п.). Или, например, такие – «Наши войска, не исключая и пограничников, не подозре вали о нависшей угрозе и чувствовали себя в условиях мир ного времени». Или такие, о директиве «б/н» – «Распоряжение это дезориентировало наши войска и обрекало их на пассивность в первые часы войны». Однако ценны они всегда именно тем, что показывали и показывают фактуру, прежде всего – показывают документы или ссылаются на них, и указывают и реквизиты их хранения. Которые при желании можно и найти в архивах…

Так что таким образом можно считать, что директива от 22.20 21 июня – это действительно «Директива б/н», а вот под «№ 1» и была данная директива от 2.30 22 июня. На вскрытие «красных» пакетов и на ввод ПП. И приняли ее округа именно ДО нападения Германии. После которой была директива «№ 2» от 7.15 утра 22 июня, а затем и директива «№ 3» от вечера 22 июня.

* * *

Может, кто-то думает, что посылать эту телеграмму НКО (и ГШ) на вскрытие «красных пакетов» в 2.30 было уже «поздно»? Не совсем. Т. е. если думать и верить что до этого все спали (и «должны» были спать) мирно в казармах, то, конечно же, посылай не посылай в округа за 45 минут до нападения такую директиву о боевой тревоге и на ввод ПП со вскрытием «красных пакетов» – точно будет «поздно».

Но. Если видеть, какие звонки, распоряжения и приказы шли в те последние часы в округа, с вечера 21 июня, и если бы эти директивы и приказы выполнялись, как положено, то видно, что данная директива была вполне своевременна. По крайней мере «логична». Другое дело, что ее, конечно, можно было послать и раньше «чуток»…

Опять же – по известному докладу того же генерала Борзилова или по ответу комдива Зашибалова они свои приказы на вскрытие пакетов получали как раз – с 2 часов до 2.40. Т. е., скорее всего, тот же Генштаб в лице Жукова (?) по телефону сообщал и об этой директиве – приказ поднимать по боевой тревоге войска, а попутно она и шла в виде короткой телеграммы-шифровки. Посланной из ГШ и подписанной Тимошенко. Как и положено для такой телеграммы!

Но в том же КОВО принимать эти директивы не могли в силу того, что оперотдела в штабе не было – он с полковником Баграмяном прибыл только в 7 часов утра. И Кирпонос с Пуркаевым принимали именно «распоряжения» Генштаба – по телефону. Так что возможно, поэтому Пуркаев в 1952 году эти две директивы, «полученные» им в Тернополе по телефону в виде «распоряжений», и слились в памяти в одно.…

Ведь Жуков только отправил в 0.30-1.5 директиву «б/н» о приведении в полную б.г. а следом собирался отправлять однозначно заготовленную заранее и директиву «№ 1»! На вскрытие красных пакетов – на выполнение Планов прикрытия! Которую в 21 час вечера 21 июня пока тормознул Сталин, сказав Жукову и Тимошенко – «такую директиву давать в войска преждевременно, может быть, вопрос еще уладится мирным путем»! И данная фраза Сталина, кстати, и подтверждает, что Жуков нес именно директиву на ввод ПП. После отправки, которой как раз и будет сложно уже что-то улаживать «мирным путем». Ведь ввод ПП – это война!

Жуков отложил, находясь в кабинете Сталина, эту директиву и подготовил с Ватутиным (?) другую – «промежуточную» – о приведении всех войск ПВ и ВВС с флотами в боевую готовность полную. Предупреждающую о возможном нападении, которое может начаться с провокаций на границе, и предписывающую не поддаваться на эти провокации! Директиву «б/н». По которой командующие округами минимум должны были поднять войска по тревоге, вывести их из «спящих» казарм в «Районы сбора». Где им, получив приказ вскрывать «красные пакеты», начать выполнять ПП, потребовалось бы считаные часы, а то и минуты – на занятие самих окопов на границе.

Свою директиву на ввод ПП Жуков «отложил» – но она-то наверняка держалась под рукой, и как только нападение стало реально угрожающим (начались активные обстрелы нашей стороны стрелковым оружием с 2 часов ночи, и в это же время посол Германии начал искать Молотова, чтобы всучить ему ноту о нападении), эту директиву и отправили в округа телеграммой НКО и ГШ на ввод ПП. В 2.30!

* * *