Затерянные в Шангри-Ла

Хотя Вимаюк, Яралок и другие туземцы сожалели об уходе духов, это событие огорчало далеко не всех. «Некоторые люди злились на Вимаюка, потому что он слишком хорошо относился к духам, — вспоминал Хеленма. — Они говорили: „Отдай им мачете!“ По-видимому, туземцев раздражало то, что десантники разбили лагерь на общественном поле. „Они уничтожили наш сладкий картофель и таро“», — вспоминал Хеленма.

Пока духи оставались с туземцами, для церемонии очищения использовались сигареты. «Сигареты им понравились, — записала в дневнике Маргарет, — но их страшно пугали спички и зажигалки. Поэтому мы прикуривали сигареты от собственных и передавали их Питу и другим туземцам». Она заметила, что Питу больше нравились «Рэли».

Когда духи ушли, Вимаюк поднялся на вершину хребта Оги. С помощью подаренного ему мачете он отломал куски от фюзеляжа «Гремлин Спешиэл», чтобы использовать их в хозяйственных целях. Один фрагмент фюзеляжа стал частью ограды и прослужил более шестидесяти лет.

После ухода духов жители Увамбо вернулись к прежней жизни, которую они и их предки вели веками. Они выращивали свиней и сладкий картофель, возводили дома, вступали в брак, вели войны с врагами. Но теперь, рассказывая детям легенду «Улуаек», они называли духов по именам — Югве, Меакале, Муму, Муа, Пингконг, Бабикама…

Прошло несколько лет. Как и предсказывала легенда, возвращение духов стало началом новой жизни…

СОБРАВ РЮКЗАКИ, американцы тронулись в путь к базовому лагерю, не имея точного представления о том, каким маршрутом двигаться. Им предстояла опасная дорога по джунглям.

«Мы постоянно поднимались и спускались из ущелья в ущелье, — вспоминал Уолтер. — Нам нужно было идти вдоль ручья, который тек по горному склону. Мы переходили его по десять раз на дню, потому что только так могли сохранить чувство направления».

Настроение Маргарет было приподнятым. Пробираясь по залитым дождем джунглям, она ощущала себя частью команды. Она вместе со всеми перебиралась через поваленные деревья, спускалась в бездонные ущелья и перепрыгивала с одного пня на другой. Но через полчаса она начала задыхаться. Она вспомнила кошмарное путешествие после катастрофы, вспомнила, как они пробирались по горам, джунглям и ледяной речке.

«Я думала, что набралась сил и чувствую себя гораздо лучше, чем сержант Деккер, который все еще выглядел просто ужасно, — записала Маргарет в дневнике. — Энергичный темп, заданный десантниками, оказался нам не по силам».

— Пожалуйста, остановитесь! — крикнула она. — Мне нужно отдохнуть.

— Мне тоже, — поддержал ее Деккер, и Маргарет вздохнула с облегчением.

Она понимала, что если бы не остановилась, то Деккер продолжал бы стоически идти вперед, пока силы бы окончательно не оставили его.

Через три часа было решено устроить привал и разбить лагерь для ночевки. Медики проверили и обработали раны Маргарет и Деккера. Кроме того, они остановились довольно рано и успели укрыться от ночного дождя. Маргарет получила собственную палатку, Макколлом и Деккер расположились в другой, несколько десантников в третьей, а остальные устроились в гамаках на деревьях.

На следующее утро все встали рано. Из лагеря вышли около восьми часов. Дорога опять шла по пересеченной местности — приходилось то подниматься, то спускаться. У Маргарет страшно разболелось правое бедро, его сводила судорога. В дневнике Уолтер записал: «Капрал Хастингс чувствует себя плохо, но держится». Однако ее состояние неизбежно замедляло движение.

Над головами пролетел транспортный самолет. Уолтер установил радиосвязь и сообщил майору Гарднеру о том, что туземцев-носильщиков найти не удалось. Он упомянул и о том, что туземцам не нравится, когда чужаки проходят рядом с их деревнями.

— Они настроены враждебно? — уточнил Гарднер.

— Сомневаюсь, — ответил Уолтер. — Мы не ждем никаких неожиданностей. Туземцы в целом миролюбивы. Пока мы не приближаемся к их женщинам и полям, с нами все будет в порядке.

В тот же день несколько туземцев из попавшейся по пути деревни согласились перенести груз хотя бы на какое-то расстояние. Во второй половине дня десантники остановились на привал. Впервые удалось выполнить план — за день они прошли десять миль. «Главная проблема — это вода, — записал Уолтер в дневнике. — Воды кругом полно, но только Богу известно, где найти ее в джунглях».

Уолтер сам растянул левую щиколотку, прыгая с камня на камень, но никому не сказал об этом. «Больше всего меня беспокоили Мэгги и два ее товарища, Кен Деккер и Мак, — вспоминал Уолтер, — поэтому я не обращал внимания на себя. Я наступил на камень, поросший мхом, поскользнулся и сильно растянул щиколотку. Боль мучила меня очень долго». Нога распухла, и Уолтер попросил Дока Булатао наложить тугую повязку. Боль не прошла, но на ногу хотя бы стало можно наступать. «Мы двигались слишком хорошо, чтобы тормозить из-за меня, — записал Уолтер в дневнике. — Бахала На! Я справлюсь!»