Завоевание Туркмении

Ввиду появления неприятеля, генерал Кауфман признал опасным продолжать движение к р. Аму-Дарье несколькими эшелонами, поэтому, сделав дневку, он двинул к Учь-Учаку весь отряд одной колонной. Все излишние тяжести: юрты, юламейки[43], кошмы, сундуки, мешки были сожжены. В час ночи на 3 мая подан подъем, в два часа началось выступление с Адам-Крылгана. Вытягивание колонны и верблюдов по глубоким сыпучим пескам оказалось настолько затруднительным, что потребовало до 2 часов времени. В 9½ часов утра голова колонны, отойдя 20 верст, остановилась на привал, который предполагалось сделать часов на б—7 и затем, переждав жаркое время дня, продолжать, в 4 часа по полудни, движение. Жара достигла 40°. Трудности пути изменили весь этот расчет. Приходилось идти сыпучим песком и переваливать значительные гряды этого песка с весьма крутыми подъемами и спусками. Арьергард подошел к месту привала только к 5 час. пополудни. Часть нижних чинов несла на руках мешки с порохом и снарядами, снятыми с павших верблюдов. Воды в отряде оставалось по поверке всего на 1 ½ дня. Последовал приказ растянуть ее на 3 суток. Все тяжести, в которых не представлялось самой насущной потребности, сожжены. Тут сожгли палатку командующего войсками, офицерские палатки, походные кровати, мундиры, белье, лишние пары сапог, крупу; уничтожили штурмовые лестницы, зарыли часть понтонов. Необходимо было таким образом отложить выступление еще на б—7 часов, т. е. выступить только в полночь. Такая затяжка могла оказаться роковой, ибо запас воды был незначительный, а безводного пути, по расспросным сведениям, оставалось еще 60 верст.

В 9 часов вечера подошла к месту привала кавалерия. Задерживать ее не представлялось возможным (лошади без воды), а посылать вперед к воде на Учь-Учак, в виду замедления движения пехоты, казалось тоже невозможным, ибо это обрекало 6 сотен на неравный бой со всеми ожидавшимися скопищами хивинцев. Тяжелые минуты пришлось переживать на этом привале начальнику войск.

Продолжать идти вперед значило рисковать погубить отряд от жажды. Отступить назад – признавалось позором, хуже самой погибели. В эти часы тяжелого раздумья спасителем отряда явился один из проводников-туземцев (джигитов), сообщивший, что в стороне от пути следования отряда, но всего в часе-двух езды, должны быть колодцы Алты-Кудук. Посланные разведки подтвердили это показание. Колодцы действительно были найдены в 9 верстах к северу от места привала и, к счастью, незасыпанными, ибо при глубине их до 18 сажен отрыв засыпанных или вырытие новых, было не по силам отряду, так как требовало нескольких дней работы. Но выбора не было – и генерал Кауфман перевел отряд к этим колодцам.

Воды в колодцах оказалось настолько мало, что ее не хватало на весь отряд даже для утоления жажды людям. Ко всем колодцам были выставлены посты и офицеры, соблюдавшее очередь при выдаче воды и наблюдавшие, чтобы не выдавалось свыше положенных порций. Вода быстро вычерпывалась до дна и приходилось ждать, пока она набежит. Вместо воды часто выдавалась жидкая грязь. Особенно страдали туземцы отряда, поставленные при раздаче воды в последнюю очередь. Между ними были случаи смерти от жажды.

Утром 4 мая была отправлена назад в Адам-Крылган особая колонна под начальством генерал-майора Бардовского[44], из 3!4 рот, со всей кавалерией, со всеми верблюдами отряда, всеми артил. и офицерскими лошадьми и всеми водоподъемными средствами для наполнения их водой. К вечеру 5 мая колонна эта вырыла 33 колодца, что с вырытыми ранее составило 50 колодцев, в том числе две трети с пресной, а остальные с солоноватой водой. 6 мая вырыто еще 10 колодцев. Эта колонна оставалась на Адам-Крылгане четыре дня. В течение этого времени верблюды и лошади были напоены, немного отдохнули и подкормились, а все бочонки, турсуки и баклаги наполнены водой.

6 мая наш отряд чуть не постигла катастрофа. Верблюдов для пастьбы приходилось посылать довольно далеко от колодцев, с весьма сильным конвоем. 6 мая на рассвете довольно многочисленная шайка произвела нападение на наш отряд на Адам-Крылгапе и хотя была отбита, но, по-видимому, успела угнать несколько верблюдов. Независимо от того и другие причины, такие как бескормица, недостаток воды и бывшие морозы, подломили силы верблюдов, и всякие меры к поддержанию их оказывались уже малодействительными. Так, с Халата вьючный транспорт отряда состоял из 2400 верблюдов, а по возвращении колонны генерал-майора Бардовского с Адам-Крылгана на Алты-Кудук оказалось налицо всего 1240 верблюдов.

Для войск, оставшихся на Алты-Кудуке, проходили томительно длинные дни в ожидании возвращения колонны Бардовского. Каждый в отряде понимал, что удайся хивинцам отбить наших верблюдов – и погибель отряда была бы неизбежна. 7 мая весь отряд оживился. Посланный на разведку джигит привез с Аму-Дарьи пучок камыша.

Н.Ф. Бардовский