Здравствуй, моя историческая Родина! (СИ)

Но об этом я подумаю завтра, а сегодня я наслаждаюсь общением с моими родными. Вот где счастье-то! Я знакомлю Даника с роднёй и это так важно, друзья мои! Это, пожалуй, важнее всего: ребёнок должен знать свою семью. Да, все они живут далеко от нас, дети говорят по-русски с акцентом, так как все родились в Израиле, ходят в садики, школы и иврит - родной для них язык. Но и это не главное. Обнять, прикоснуться, почувствовать, что в этом мире есть те, кто тебе дорог - вот ценности бытия.

Эмоции переполняют, но глаза слипаются... Здесь очень рано темнеет - в восемь часов вечера. Я вышла на балкон и меня обдало жаром. Израильтяне восемь месяцев в году живут с кондиционерами. Кондиционер на иврите "мазган". Без мазгана здесь прожить невозможно и мой выход на балкон это доказал: я продержалась ровно 5 минут. Ой, мамочка, что будет завтра, когда мы поедем на экскурсию, которая, судя по всему, будет не только автобусная...

Спокойной всем ночи!

ГЛАВА ВТОРАЯ.

Сначала я хотела вести дневник, но не получилось - не было сил писать: ни духовных, ни физических. "Что тут такого? - спросите вы. - Все люди в мире путешествуют и испытывают подобные чувства! Все радуются, восхищаются, умиляются, фотографируют, выставляют фотографии в социальные сети - ничего нового."

Согласна полностью! Ничего нового... Но не для меня! Я открываю для себя эту страну заново, ибо всё, что я испытала 20 лет назад как-то само собой незаметно для меня стёрлось.

Мы с Даником сели в автобус, который везёт нас на Мёртвое море...

В автобусе по счастливой случайности есть интернет и это скрашивает наш не такой близкий путь - два часа дороги.

Что такое два часа дороги? В моём случае это время для раздумья и осознания того, что произошло с нами за эту чудесную во всех отношениях неделю пребывания в Израиле.

Если бы я была в Литве, я написала бы, что погода радует. Но я там, где погода скорее удручает, чем радует. И всё же она нас радует! Меня вообще радует каждая минута пребывания здесь! Сказываются двадцать лет забвения: я забыла, какая удивительная и привлекательная эта страна. И сложная до неимоверности!

Я только сейчас поняла, зачем мне нужна была эта поездка. Когда месяцев пять назад наши друзья Гена Зигель и Борька Смоляр спросили меня: "А слабо тебе к нам приехать?", во мне вдруг вспыхнуло странное чувство горечи: а почему, собственно, слабо?

"А вот возьму и приеду!" - написала я ребятам и прямо таки увидела усмешку на их лицах. Именно в этот момент я и решила - еду! Еду и точка! Я ещё не понимала, почему так быстро приняла решение? Потом проанализировала и мне всё стало ясно: время подошло. Дети учились, становились на ноги, болезни, операции, Даня маленький, покупка дома, вечный ремонт - не до того было. Сейчас можно. Нет, не просто можно - нужно! Здесь я почувствовала, почему нужно: что-то ушло из моей жизни важное! Это трудно понять, но как буд-то порвалась связь с чем-то или кем-то. Такое чувство, когда почва уходит из под ног и чтобы обрести её нужно обязательно куда-то вернуться, туда, где тебя ждут. Домой? Возможно.

Где дом у человека? Там, где ему комфортно, где его ждут, любят, прощают, где его земля, где он чувствует такую бешеную связь с этой землёй, что дух захватывает! Где покоятся его родные люди, где живут его близкие друзья. Там дом. Сколько может быть домов - немного. У меня два дома. У кого-то больше. А у меня два.

Любовь, которую я ощутила здесь не просто осязаема. Она материальна! Я её вижу собственными глазами. Я её трогаю, я ею наслаждаюсь... Попробую объяснить, как это.

Мои братья. Двоюродные, но это всё равно, что родные. Это больше, чем родные! Лёнчика с Геной я не видела эти 20 лет! Я вглядывалась в их лица, до боли знакомые, но не узнавала их: передо мной были взрослые, достойные мужчины, приехавшие сюда мальчишками, абсолютно без ничего, не считая того багажа, который можно было вывозить и который все, как правило, выкидывали по приезду в Израиль из-за его непригодности.

Гена рассказал, как они выезжали и с Украины: напяливали на себя несколько пар брюк, рубашек, потом шли два три свитера и куртки. Моя бабушка Ася нацепила 4 или пять старых кримпленовых платьев и пыталась засунуть в карманы несколько головок чеснока - а вдруг в Израиле совсем нет чеснока? Эдакими роботами они появились на таможне, где людей, к счастью, не взвешивали - только чемоданы.

Все начинали с нуля: учёба, язык, любая работа, жара, съёмное жильё, свадьбы, дети, ссуды, своё жильё... Всё как у всех. Сотни тысяч подобных историй вы услышите здесь и говорят израильтяне с гордостью: "Мы сделали это! Мы смогли встать на ноги! Здесь нам всё родное! Здесь наша Родина и наш дом!" Пафосно звучит? Согласна! И пусть! Это правда, а истина иногда должна звучать пафосно!

Мы отправлялись с Даником на экскурсии, а Саша давал нам с собой целую сумку с водой и заботливо приготовленными питами, нарезанными фруктами и овощами, аккуратно уложенными в коробочки. Он вставал в 5 утра, чтобы приготовить нам еду - это ли не любовь, которую можно потрогать, ощутить, попробовать на вкус?