Жаботинский и Бен-Гурион

Через месяц солдат Бен-Гурион уехал в Канаду. В военном тренировочном лагере его ждали Бен-Цви, сто пятьдесят халуцников (вклад в батальон «двух Бенов») и двести американских и канадских евреев, завербованных Рутенбергом.

Военное начальство, заметив его лидерские качества и умение подчинить и дисциплинировать даже самых необузданных легионеров, произвело Бен-Гуриона в капралы (соответствует сержантскому званию).

Капрал Бен-Гурион,

Еврейский легион, 1918 год

В августе 1918 года в составе 39-го батальона британских королевских стрелков легионеры высадились в Порт-Саиде. Присоединиться к находящемуся на фронте 38-му батальону, в котором служил поручик Жаботинский, капрал Бен-Гурион не успел: он заболел дизентерией и несколько недель провалялся в военном госпитале. Там его застала телеграмма жены, сообщившая о рождении дочери, Геулы.

Он ответил Полине восторженным письмом: «Рождение нашего ребенка произошло в счастливый момент освобождения нашей земли, и величие этого момента будет освещать всю ее жизнь». Он писал жене почти каждый день — через пятьдесят лет в память о Полине, умершей в 1968 году, он опубликовал эти письма отдельной книгой, изданной на английском языке Питсбургским университетом[18].

Он писал ей пламенные и нежные письма — словами, как бы сотканными из «Песни песней»: «Снова мне, как мальчишке, как последнему дураку, кажется, что я люблю тебя, как будто впервые в жизни, я ищу твои губы, твои руки, я жажду прижать тебя к себе, обхватить горящими руками, встать рядом с твоим ложем, склониться над тобой и целовать, забыв обо всем, кроме тебя; как тогда, в твоей девичьей постели, я хочу любить тебя и наслаждаться этой взаимной любовью — сплетением тел, поцелуем, единым ритмом сердец».

Тем не менее встретятся супруги нескоро, через полтора года (несмотря на пламенные речи и бушующий в крови тестостерон, на первом месте у Давида все-таки был Эрец-Исраэль). А Полина, не разделяя его восторгов, отвечала жалобами на жизнь, описывала трудности быта и осыпала упреками, что он ее разлюбил. Что ж, можно понять чувства одинокой женщины, оставшейся за тридевять земель с новорожденной дочерью без материальной и физической поддержки супруга.

Непосредственно в боевых действиях Бен-Гуриону участвовать не довелось. 30 октября Турция капитулировала. Он в это время находился в госпитале. Тем не менее в биографиях Жаботинского и Бен-Гуриона появилась единственная общая строка: служба в Еврейском легионе, участвовавшем в освобождении Палестины.

…6 ноября 1918 года капрал Бен-Гурион вышел из госпиталя — и первым делом разыскал Берла Кацнельсона, лидера близкой по духу сионистской партии, статью которого о создании союза трудящихся Палестины он прочел в журнале, издаваемом Палестинским союзом сельскохозяйственных рабочих[19]. Казалось, настало время для строительства еврейского государства, обещанного декларацией Бальфура.

Декларация Бальфура

В 1938 году Дэвид Ллойд Джордж, 53-й премьер-министр Великобритании (7 декабря 1916 — 19 октября 1922), опубликовал книгу «Правда о мирных договорах» (The Truth About the Peace Treaties), в которой поведал историю появления декларации Бальфура.

Прежде чем занять кресло премьера, с июня 1916-го Ллойд Джордж руководил военным министерством. Одним из первых он получил донесение разведки, что германский генеральный штаб, выполняя личное пожелание кайзера, благосклонно относившегося к сионистам, настойчиво рекомендует туркам уступить им в вопросе о Палестине. Евреи оказались по обе стороны — ив том числе в нейтральной Америке, и каждая из воюющих сторон хотела привлечь их на свою сторону. Возглавив правительство, Ллойд Джордж решил действовать на опережение. Он дал указание Бальфуру, министру иностранных дел, обменяться письмами с лордом Ротшильдом о целях сионизма.

«Это была «пропагандистская акция» в благодарность сионистам за помощь, оказанную в войне против Турции», — спустя двадцать лет писал Ллойд Джордж, намекая на изобретение Хаима Вейцмана, разработавшего во время войны по заказу адмиралтейства жидкий легковоспламеняющийся ацетон, позволивший наладить производство взрывчатых веществ.

Словами «пропагандистская акция» прагматичный Ллойд Джордж как бы подчеркнул несерьезность появления декларации Бальфура. Правительство Великобритании решало сиюминутные задачи и далеко вперед не заглядывало. Бывший премьер признался, что аналогичные публичные обращения англичане делали, обращаясь ко всем угнетенным народам, подвластным Турции, Германии и Австро-Венгрии. За проявление дружеских чувств к Антанте после завершения победоносной войны им были обещаны независимость и самоопределение, но по отношению к евреям слово «государство» не было произнесено. Из-за боязни «обидеть» арабов дальновидные стратеги заменили его нейтральным словосочетанием «еврейский национальный очаг».