Женщина и война. Любовь, секс и насилие

В селе Семеновское Калининской области немцы изнасиловали двадцатипятилетнюю Ольгу Тихонову, мать троих детей, находившуюся в последней стадии беременности. Садисты шпагатом связали ей руки, после изнасилования перерезали ей горло, прокололи обе груди и садистски высверлили их.

В деревне Басманово Глинковского района Смоленской области в первый же день оккупации фашисты выгнали в поле более 200 школьников и школьниц, приехавших в деревню на уборку урожая. Понравившихся школьниц они вывезли в тыл для ублажения «господ офицеров». Остальных расстреляли.

В селе Бородаевка Днепропетровской области фашисты изнасиловали поголовно всех женщин и девушек.

В деревне Березовка Смоленской области пьяные немецкие солдаты изнасиловали и увезли с собой всех женщин и девушек в возрасте от 16 до 30 лет. Насилие совершалось на глазах родных и детей.

В Белоруссии, возле города Борисова, в руки гитлеровцев попали 75 женщин и девушек, бежавших при приближении немецких войск. Немцы изнасиловали, а затем зверски убили 36 женщин и девушек…

Тяжело без содрогания слышать и читать свидетельские показания. Немногие немецкие солдаты и офицеры, оказавшиеся свидетелями преступлений своих соотечественников, осознавали, что Германию ждёт та же участь. В ноябре 1939-го, когда начались экзекуции польских евреев, подполковник генерального штаба Штиф, позднее участник антигитлеровского заговора 20 июля 1944 года, писал жене из Варшавы:

«Я стыжусь быть немцем! Эти люди, которые составляют меньшинство, жгут, убивают, грабят. Они позорят немецкую нацию, они станут нашей общей бедой, если мы их не остановим… Самая необузданная фантазия меркнет перед лицом преступлений, творимых бандой убийц и грабителей, и всё это терпят на самом верху»[146].

Женщины-военнослужащие в немецком плену

Среди военных сексуальных преступлений, совершённых нацистами, отдельной строкой — изнасилования пленных советских женщин. Они совершались как немцами, так и полицаями.

Арон Шнеер в книге «Плен», в главе «Женщины-военнослужащие в немецком плену»[147], приводит документальные свидетельства о сексуальном насилии над пленными женщинами. Из архива музея Яд ва-Шем М-33/1182, л. 94–95, рядовой 11-й танковой дивизии вермахта Ганс Рудгоф рассказал о событиях зимы 1942-го: «На дорогах лежали русские санитарки. Их расстреляли и бросили на дорогу. Они лежали обнаженные… На этих мёртвых телах… были написаны похабные надписи».

1942 год, пленные женщины-красноармейцы

Владислав Смирнов, «Ростовский кошмар», «Огонек», 1998, № 6: в июле 1942-го немецкие мотоциклисты ворвались во двор, в котором санитарки военного госпиталя собирались переодеться в гражданское платье. Прямо в военной форме их затащили в сарай и изнасиловали.

Из архива музея Яд ва-Шем. М-33/1182, л. 11, рассказ Шенипова, бывшего военнопленного, о сексуальном насилии в дрогобыческом лагере над пленной девушкой-военнослужащей по имени Люда:

«Капитан Штроер, комендант лагеря, пытался её изнасиловать, но она оказала сопротивление, после чего немецкие солдаты, вызванные капитаном, привязали Люду к койке, и в таком положении Штроер её изнасиловал, а потом застрелил».

Ещё один документ из архива музея Яд Вашем. М-33/230, л. 38,53,94; М-37/1191, л. 26:

«В шталаге[148] 346 в Кременчуге в начале 1942 г. немецкий лагерный врач Орлянд собрал 50 женщин-врачей, фельдшериц, медсестёр, раздел их и приказал нашим врачам исследовать их со стороны гениталий — не больны ли они венерическими заболеваниями. Наружный осмотр он проводил сам. Выбрал из них 3 молодых девушек, забрал их к себе «прислуживать». За осмотренными врачами женщинами приходили немецкие солдаты и офицеры. Немногим из этих женщин удалось избежать изнасилования».

В шталаге № 337, неподалеку от Барановичей, за колючей проволокой содержалось около 400 женщин-военнопленных. При попустительстве немцев лагерная охрана, состоящая из бывших советских военнопленных, перешедших на сторону немцев, и лагерные полицаи насиловали пленниц или под угрозой смерти заставляли с ними сожительствовать. В этом признался в декабре 1967-го на заседании военного трибунала Белорусского военного округа Ярош, бывший начальник лагерной охраны.

Шнеер приводит отрывок из воспоминаний Фишера о пленных женщинах, находившихся в лагере военнопленных Миллерово. Комендантом женского барака была немка из немцев Поволжья, а изощрённые зверства, достойные гестаповских палачей, совершали полицаи:

«Полицаи часто заглядывали в этот барак. Ежедневно за пол-литра комендант давала любую девушку на выбор на два часа. Полицай мог взять её к себе в казарму. Они жили по двое в комнате. Эти два часа он мог её использовать, как вещь, надругаться, поиздеваться, сделать всё, что ему вздумается.