Женщина и война. От любви до насилия

После многократных серий экспериментов независимо друг от друга исследователи пришли к такому же выводу, что и Милгрэм, о наличии феномена подчинения авторитету: «чрезвычайно сильно выраженную готовность нормальных взрослых людей идти неизвестно как далеко, следуя указаниям авторитета».

Но какова вероятность того, что «ученик» сохранит свою индивидуальность и не подчинится «злому гению авторитета»?

Социальные психологи утешили человечество: не всё катастрофически безнадёжно. Испытуемый прекращал наказания, едва он оказывался перед двумя исследователями (авторитетами), между которыми на его глазах разыгрывался конфликт: один, глядя на мучения «ученика», приказывал остановиться, другой – настаивал на продолжении эксперимента. Конфликт между двумя авторитетами стал тормозом. Если бы испытываемый являлся садистом или был невротической личностью с повышенным уровнем агрессивности, это никогда бы не произошло, он не прекратил бы истязание и продолжал бы следовать указаниям агрессивного авторитета.

Эксперимент Милгрэма важен для социальной психологии как яркое доказательство того, что при отсутствии оппозиции, независимого суда и прессы тоталитарная власть (или близкая к тоталитарной) легко манипулирует общественным мнением, оказывает влияние на миллионы людей, зомбирует их и контролирует их поведение. Вот для чего нужна оппозиция, свобода слова, независимые судебная система и средства массовой информации! Для препятствования манипулированию личностью.

Эксперимент Милгрэма (он же «тест Эйхмана») поясняет, почему в германской армии нашлась лишь горстка офицеров, возмущённых действиями эсэсовских карательных подразделений и выступивших в 1944 году против гитлеровского режима; и почему весной 1945-го «мальчики из интеллигентных семей» попали под влияние накачанной водкой толпы (она играла роль авторитета) и политработников-пропагандистов, требовавших жестокой расправы с немцами, и неожиданно для себя стали насильниками и убийцами детей и старух. Он объяснил, почему узкая прослойка интеллигенции (Гроссман, Копелев и Солженицын…) осталась в Красной армии в меньшинстве, и показал, что массовое помешательство и помутнение разума может произойти в любой стране и с любыми людьми! Истеричные вопли немецких женщин «хочу ребёнка от фюрера!» или, к примеру, «охота на ведьм» в эпоху средневековья – следствие одной и той же болезни, когда психоз возобладает над здравым смыслом. Подавление личности приводит к массовому помрачению рассудка. И тогда…

…Конец XIX – начало XX века. Геноцид армян в Турции и еврейские погромы в России, по всей черте оседлости от Чёрного до Балтийского моря.

Поэма Хаима Бялика «В городе резни», в переводе на русский язык – «Сказание о погроме», написана в 1903 году по следам кишинёвского погрома. 49 убитых и около 600 искалеченных. Эти цифры, потрясшие мир, через два года были превзойдены. В 1905 году в Российской империи только во время октябрьских погромов убито более 800 евреев (не считая умерших от ран); из них в Одессе – свыше 400, в Ростове-на-Дону – более 150, в Екатеринославле (Днепре) – 67, Минске – 54… Убийства зачастую сопровождались групповыми изнасилованиями.

Отрывок из поэмы Бялика о кишинёвском погроме (перевод Владимира Жаботинского):

И загляни ты в погреб ледяной,Где весь табун, во тьме сырого свода,Позорил жён из твоего народаПо семеро, по семеро с одной.Над дочерью свершалось семь насилий,И рядом мать хрипела под скотом:Бесчестили пред тем, как их убили,И в самый миг убийства… и потом.

Эта книга не доставила читателю эстетическое наслаждение, как и не получил автор эстетическое удовольствие от её написания, но не всякая работа делается в охотку, ради душевной услады, – патологоанатом в силу профессии работает с трупами, ассенизатор с испражнениями – кто-то обязан выполнять грязную работу, без которой общество не может нормально функционировать.