Женщина и война. От любви до насилия

8 марта 1945 года в Международный женский день генерал Серов доложил наркому внутренних дел Берии, что среди немецких женщин возросло число самоубийств. Через четыре дня он информировал наркома, что на севере Восточной Пруссии (в районе наступления войск Черняховского) количество самоубийств, особенно среди женщин, приобретает угрожающие размеры. Самоубийцы, не имевшие оружия или смертельного яда, как правило, вешались на чердаках домов, закрепив верёвку на верхней балке. Были случаи, когда матери, не нашедшие в себе силы повесить своих детей, перерезали им вены, а затем – себе.

Ну и что? Какие меры для наведения порядка предпринял начальник охраны тыла 1-го Белорусского фронта? А никакие! Доложил обстановку и стал ждать указаний.

29 мая дисциплинированный генерал Серов удостоен звания Героя Советского Союза. В июне 1945-го (за отличное управление тылом) назначен заместителем Командующего Советской военной администрации Германии по делам гражданской администрации и уполномоченным НКВД СССР по Группе советских оккупационных войск в Германии.

Остаётся добавить: с 1954 по 1958 годы он был председателем КГБ СССР, а с 1958 по 1963 годы – начальником Главного разведывательного управления Генштаба. Если бы не «дело Пеньковского», которому Серов протежировал, кто знает, каких бы высот он достиг (он был уже членом ЦК КПСС и при благоприятно сложившихся обстоятельствах мог претендовать на кресло Генсека; Андропов ведь дослужился). В апреле 1965-го за «использование служебного положения в личных целях», разжалованный до генерал-майора, он был отправлен в отставку и прожил долгую жизнь; умер 1 июля 1990-го. Он получал генеральскую пенсию, ветеранские пайки и даже написал мемуары, в которых так и не пояснил, почему не отдал приказ войскам НКВД навести порядок и прекратить массовые изнасилования.

Любые попытки оправдать поведение советских солдат россказнями, что они мстили за преступления нацистов, убиенных родственников и сожжённые жилища, несостоятельны, когда задаётся вопрос, кому они мстили, насилуя угнанных на принудительные работы и освобождённых из фашистской неволи украинок, русских, полек и белорусок? Генерал Серов, получивший за Восточную Пруссию звание Героя Советского Союза, на этот вопрос не ответил. Промолчали маршалы – Жуков, Рокоссовский, Конев… Приходится читать Бивора.

Из двадцать первой главы. Бои в городе

Наконец Красная армия добралась до Берлина, или, как писали советские пропагандисты, «до логова фашистского зверя». Заместитель Верховного главнокомандующего и командующий 1-м Белорусским фронтом маршал Жуков не стал ни с кем делить честь взятия Берлина. «Мы за ценой не постоим» означало, что из 908 500 человек, участвовавших в Берлинской операции, Жуков за две недели боёв положил 179 490 человек (19,7 %)[63]. Почти двадцать процентов боевых потерь в последние дни войны, исход которой уже предрешён? Заместитель Верховного главнокомандующего лично взял на себя ответственность за Берлин и за всё происходящее в городе. Посмотрим же, как он справился с управлением войсками. Это, как мы теперь знаем, не только боевые действия.

Рассказ Бивора с минимальными сокращениями и незначительными авторскими стилистическими правками, никак не влияющими на содержание:

Воспоминания Герды Петерсон. Девятнадцатилетняя Герда, укравшая из вагона на станции Нойкёльн (станция Берлинского метрополитена) солодовые таблетки из рациона лётчиков люфтваффе, жила в одном доме с девушкой, которую звали Кармен и которая была членом Союза германских девушек – женского варианта гитлерюгенда. Над кроватью Кармен висели открытки с изображением немецких асов, и она ужасно рыдала, когда погиб Мольдерс – знаменитый герой воздушных боев. Ночь на 26 апреля, когда советские войска вступили в Нойкёльн (административный округ Берлина), была необычно спокойной. Все жители дома спрятались в подвале. До них доносился грохот танков, идущих по улице. Спустя некоторое время пахнуло свежим воздухом, означавшим, что дверь подвала отворилась, и первое русское слово, которое они услышали, было «Стой!» Появился советский солдат, по виду из Средней Азии, который собрал у немцев кольца, наручные часы и ювелирные украшения. Мать Герды спрятала дочь под кучей белья. Через некоторое время появился второй солдат, русский, и знаком показал, что хочет забрать с собой младшую сестру Герды. Однако мать положила на колени своего ребёнка и опустила глаза. Тогда солдат обратился к сидевшему рядом мужчине и приказал объяснить женщине, что от неё хотят; мужчина сделал вид, что не понял его. Солдат продолжал настаивать, но сестра Герды не сдвинулась с места. Обескураженный молодой солдат был вынужден ретироваться.