Женщина и война. От любви до насилия

Истории любви, случавшиеся в борделях вермахта, не попали на страницы художественных романов: вряд ли их герои дожили до конца войны. Надо признать: труд рядовых служительниц вермахта был нелёгким. В солдатских публичных домах проститутка за месяц должна была отработать не менее шестисот талончиков. Это было конвейерное производство. Штатное расписание домов терпимости составлялось бухгалтерами вермахта из расчёта: одна проститутка на сто солдат. Отсюда и научно обоснованные нормы выработки. Зато каждый солдат мог встретиться с приглянувшейся ему девушкой (хотелось написать ППЖ) с учётом поощрительного талончика до шести раз в месяц. В унтер-офицерских борделях проститутки могли уделить больше внимания клиентам: одна проститутка ублажала семьдесят пять унтеров и фельдфебелей. Офицерская проститутка дарила любовь пятидесяти офицерам. Это то, что касалось сухопутных войск. Привилегированные войска – авиацию и флот – одаривали любовью суперэлитные куртизанки.

На авиабазах ежемесячная норма проститутки – шестьдесят асов «Люфтваффе». Наземный обслуживающий персонал авиабазы в секс-обслуживании был приравнен к офицерам вермахта, одна проститутка приходилась на пятьдесят технарей. Зато в авиационных полевых госпиталях выздоравливающим лётчикам создали курортное обслуживание, им обеспечивался индивидуальный подход – одна проститутка на двадцать пилотов.

Но, несмотря на заботу командования вермахта о солдатском здоровье, почти каждый десятый немецкий солдат переболел сифилисом или триппером – и всё по причине недисциплинированности военнослужащих, прибегавших к услугам уличных проституток, не имевших санитарной карты и не подвергавшихся ежедневному «техническому» осмотру санитарным врачом.

Нельзя сказать, что вермахт не проявлял заботу о здоровье госслужащих куртизанок. Санитарные врачи обеспечивали публичные дома дезинфицирующими средствами, мылом, полотенцами и достаточным количеством презервативов, которые до самого конца войны регулярно поставлялись из Главного санитарного управления, даже когда начались проблемы с резиной и вышел запрет на продажу презервативов гражданским лицам. Даже когда из-за непрекращающихся воздушных налётов возникли проблемы со снабжением, солдаты регулярно обеспечивались предохранительными средствами, которые в случае острой необходимости приобретались в борделе, в солдатских буфетах, на кухнях или у снабженцев. В каждой «комнате для свиданий» для особо горячих парней висел плакат-напоминание: «Половые сношения без противозачаточных средств строго запрещены!»

Солдата перед выходом в увольнение обязательно проверял врач, дабы не допустить заражения женщин кожными или грибковыми заболеваниями, но привыкшие к риску «идальго» зачастую пренебрегали законами, сдерживающими их сексуальную жизнь, и, игнорируя предостережения, пользовались услугами непроверенных девушек, не имеющих санитарных карт. За непослушание любители приключений расплачивались венерическими болезнями. Командование вермахта смирилось с сексуальным неповиновением «странствующих рыцарей» и поселило солдатских проституток в казармы (фельдфебельские и офицерские девушки этой участи избежали), продолжая снабжать солдат презервативами и регулярными разъяснительными лекциями санитарных врачей.

В Берлине по-деловому подходили к сексуальному обслуживанию солдат на Восточном фронте. Генерал-полковник Гальдер, начальник генерального штаба сухопутных войск (1938–1942), в июле 1941-го записал в рабочем дневнике о текущих неотложных делах, требующих немедленного решения, третий пункт посвящён борделям:

«23 июля. Пока всё идёт согласно плану. Текущие вопросы, требующие немедленного решения:

1. Лагеря для военнопленных переполнены. Надо увеличить конвойные части.

2. Танкисты требуют новые моторы, но склады пусты. Нужно выделить из резерва.

3. Войска двигаются быстро. Публичные дома не успевают за частями. Начальникам тыловых подразделений снабдить бордели трофейным транспортом».

Вот и нашли для вермахта статью обвинения, подходящую к разделу «чужие» против «своих»: поощрение проституции и принуждение немецких женщин к освоению древнейшей профессии.

Итальянское бордельеро

Союзники Гитлера, за исключением, пожалуй, Румынии, в которой приняты были антисемитские законы, создавшие юридическую базу для открытия в Румынии концлагерей, расистами не были. Итальянские фашисты, пришедшие к власти в 1923 году, отвергали радикальный немецкий антисемитизм. Отправка римских евреев в концлагеря началась 16 октября 1943 года, после низложения Муссолини и заявления нового правительства о роспуске фашисткой партии и выходе Италии из войны (8 сентября 1943 года); через четыре дня в Италию были введены войска вермахта. Не были антисемитами испанские фашисты – уцелели абсолютно все испанские евреи, частично выжили венгерские евреи – отправка в концлагеря началась весной 1944-го после ввода в Венгрию немецких войск…