Женщина. Учебник для мужчин.

Когда я был маленький, я рос в среде физиков и увлекался преимущественно науками и техникой. Рисование с развитием фотографии уже перестало быть неотъемлемой частью естественнонаучного образования. Чтобы сделать иллюстрацию к статье уже не обязательно было вырисовывать экспериментальную установку или археологическую находку. Достаточно было сфотографировать. Соответственно, мир искусства был от меня далек, завораживал и казался загадочным и совершенно непостижимым. Я мечтал когда-нибудь самому научиться делать красивые вещи. А люди искусства казались кем-то вроде инопланетян. Теперь, когда мне понятен мир людей, и я разобрался во внутренней логике мира искусства и даже сам научился рисовать на любительском уровне – я только посмеиваюсь над своей тогдашней глупостью. И меня давно подмывает написать статью об искусстве с точки зрения здравого смысла. Вокруг искусства наворочено почти столько же ахов, охов, непонятных слов и напущено загадочного туману, как и вокруг любви. Чтобы понять, что там к чему, обратимся к этологии – ключу к пониманию мира людей. Итак, поехали.

Игровой инстинкт

Все мы в детстве любили играть. Некоторые даже сохранили эту любовь к играм до старости. Все мы видели, как котята, играя с хвостом кошки, друг с другом, принесенной кошкой покалеченной мышью или с привязанным вами на конце нитки кусочком меха, отрабатывают приемы преследования, нападения, удержания жертвы и драки. И все мы замечаем, что повзрослев, животные обычно теряют интерес к играм. Итак, игра – это естественная функция детеныша. Его тренировка. На холостом ходу отрабатываются инстинктивные и полученные в результате обучения поведенческие элементы. Когда детеныш вырос, он уже занимается реальной охотой, а не играми. У сапиенсов все точно также. Мальчики играют «в войнушку» и бросают в цель снежки, камни и палки, отрабатывая внешнюю самцовую полоролевую функцию. Девочки – играют «в дом» и нянчат кукол, отрабатывая самочную полоролевую функцию. Когда дети вырастают, они занимаются уже не играми, а реальной жизнью. Мозг детеныша считает игру крайне полезным занятием, поэтому поощряет игровое поведение выбросом эндорфинов – гормонов удовольствия. Соответственно, детеныш чувствует от игры кайф.

Аналогичным образом так называемые «фантазии» являются отработкой на холостом ходу алгоритмов поведения и эмоциональных реакций – участков алгоритмов инстинктивных программ. Наш мозг также считает эти игры инстинкта и разума весьма полезными, поэтому фантазировать мы любим. Впрочем, если в реальной жизни мы счастливы, то есть эндорфинов и без фантазий хватает – фантазии теряют смысл и пропадают автоматически. Другими словами, фантазиями увлекается только незрелая неблагополучная в реальной жизни особь. Это абсолютно логично. Раз игры и фантазии – это средство обучения молодняка, то они нужны только тем, кто пока не вырос либо не смог достичь благополучия, не смотря на то, что вырос.

Так вот, искусство – это не что иное, как различные способы заставить срабатывать инстинкты в игровом режиме, на холостом ходу. Такая сработка и называется эмоциональным откликом и фантазиями. Таким образом, искусство – это мощнейший инструмент формирования эмоциональных (инстинктивных) реакций и моделирования, программирования поведения людей. То есть оно несет огромную воспитательную нагрузку. Что человек прочитал в книге или увидел на телеэкране, чему сопереживал, в какие компьютерные игры играл – то он с большой вероятностью и будет исполнять в реальном мире. Попросту, искусство всегда было и остается мощнейшим инструментом пропаганды. Который, разумеется, успешно используется либо государством в его целях, либо всеми подонками, кому не лень – в их целях.

Обычно эмоциональная нестабильность, склонность к играм – признак незрелости либо внутреннего неблагополучия индивида. Поэтому человек склонен заниматься искусством и восприимчив к оному как правило в результате этой своей незрелости. Например, мы знаем, что наиболее зависимы от музыки подростки и молодежь в период эмоциональной нестабильности, вызванной гормональными выбросами в репродуктивный период (период гиперсексуальности). Потом, когда гормональный фон стабилизируется – становится «не до того». Психологи называют это сублимацией. Соответственно, расцвет искусств – это признак неблагополучия, разбалансированное™ общества. Такой расцвет означает, что слишком много людей не счастливы, их инстинкты не удовлетворены и потому заставляют людей искать в игровой форме пути удовлетворения. То есть загоняют взрослую особь в детский игровой режим. В здоровом же обществе искусства, как правило, просты, носят по большей части характер украшательства интерьера, одежды, утвари и звукового сопровождения ритуалов. А игры и целенаправленное занятие искусством заслуженно считаются детской забавой, не достойной взрослого человека.