Женщины в поисках любви. Истории о мечтах, разочарованиях и новом вечернем платье

– Хорошо, закажем кофе, – сказал Максим и сделал заказ официанту, который разочарованно потрусил за двумя чашками капучино.

– Я знаю, что ты не Лиля. Это твой блогерский псевдоним, – уточнил Максим.

– Откуда ты знаешь? – удивилась Татьяна.

– Мир знатоков поэзии Серебряного века не так велик. Сейчас блогеры все больше инвестициями занимаются. Ну или всякую лапшу на уши вешают. Поэтому, когда ты так ярко появилась на наших литературных просторах, мне стало интересно. Короче, музейщики тоже сейчас не лыком шиты. И хакеры у нас имеются. Ребята пробили твой блог, установили, что к чему. Короче, я знаю, кто ты и чем занимаешься. И на какой машине ты ездишь.

– И ты молчал? – возмутилась Татьяна.

– Но ты ведь тоже молчала. Я поддерживал твою интригу. Ну и вообще, мне было интересно, сколько ты выдержишь.

– Это нечестно! – бушевала Татьяна. – Я тебе что, подопытный кролик для наблюдения?

– Ну почему кролик! Один-один. Ты предложила тему, я ее поддержал. Ты сама придумала такой образ? Или все твое пиарагентство старалось? Было занимательно.

Она уловила в его голосе легкую издевку и возмутилась. Если бы это был кто-то из ее деловых партнеров, она бы разнесла его в пух и прах. Бизнес надо вести открыто! Хотя… пробивать потенциального партнера – это нормально, справки наводить необходимо, а то нарвешься. Но в романтических отношениях… Впрочем, что говорить? Она же сама не захотела выступать с открытым забралом, сама спряталась за прекрасную даму Лилю.

– И что тебе было занимательно? – спросила Татьяна, мысленно просчитав до двадцати и слегка успокоившись.

– Было занимательно с тобой разговаривать. Ты неплохо разбираешься в стихах. И мне действительно интересно читать твой блог. Ты же убедилась: в нашей тусовке к тебе относятся серьезно. Некоторые посты демонстрируют свежий взгляд. Мне стало интересно, кто ты. А так как ты свой образ погрузила в туман, вот я и стал выяснять, кто ты на самом деле.

– А просто спросить не пришло в голову? – сердито произнесла Татьяна.

– Не смог. Во время наших разговоров ты всегда уходила от личной темы. Так умеешь ловко соскальзывать с тем, которых нельзя касаться. Вот я и напряг своих приятелей. Мне хотелось понимать, с кем я имею дело.

В голосе его послышались извиняющиеся нотки, и Татьяна немного успокоилась. В общем, сама виновата. Навела тень на ясный день, вот теперь и пожинай плоды.

Домой Татьяна возвращалась в глубоком раздумье, и ей опять потребовалась моя помощь.

– Он мне нравится, – рассуждала она. Больше сама с собой разговаривала, чем со мной. – У него приятная внешность, он опрятно одет. В брендовые вещи. Ну, мужчинам много не надо. Одни джинсы и кроссовки на все случаи жизни. И тем не менее – кроссовки у него не из дешевых. И у него хороший парфюм. И пуза нет. Терпеть не могу пузатых, обрюзгших мужчин. Он, похоже, спортом занимается. Я не спрашивала про спорт, мы все больше об искусстве говорили. И мне нравится, что он относится ко мне очень трепетно. Не лезет с пошлыми приставаниями. Но и подарков не дарит. Он не приходит на свидания с цветами. Хотя, строго говоря, у нас и свиданий не было, мы просто посещали разные культурные места. И все время церемонно на «вы», только в последний раз перешли на «ты».

– Так что в сухом остатке? – спросила я. – Этот мужчина из вашей мечты?

– Не знаю. Он мне нравится, это факт. Но когда выяснилось, что он за мной пошпионил, мне как-то неловко стало, даже неприятно. Как будто за мной слежка была. Хотя, наверное, это закономерный исход, когда ты являешься в маске. Или, как в детективах говорят, под прикрытием. Наверно, так себя чувствуют шпионы? Возможно, мне стало жалко, что настала пора расстаться с моей Лилей. Я к ней прикипела.

– Будете продолжать общение? – спросила я.

– Сделаю паузу. Слегка затаюсь. Замолчу. Подожду, какой он сделает ход. Станет искать встреч со мной? Захочет продолжать общение? А если захочет – наверное, уже целоваться пора. Мы даже руками не соприкасались. Хотя, нет, вру. Он пару раз поцеловал мне руку. Как я и хотела! Мужчина, целующий руку. Но это просто жест вежливости. Ничего личного. В их среде так принято.

Татьяна заметила мой вопросительный взгляд и пояснила:

– Он интеллигент в каком-то там седьмом поколении. Его дедушки и бабушки были научными работниками, и родители из профессуры. И квартира у него где-то в центре в старом доме. В профессорском. Я не была, он рассказывал. С родителями живет. Представляете? Парню тридцать с лишним лет, а он с мамой-папой живет. Куда он девушек своих водит? К маме под обстрел?

– Мне кажется, вы начали искать в нем недостатки, – заметила я. – Предлагаю критику прекратить.

– Да, точно, критику прекращаю, – согласилась Татьяна. – Но инициативу тоже проявлять не буду. Подожду его ход. Сколько дней можно выжидать?

– На неделю точно можете затаиться, – предложила я.

Ни на следующий, ни через день Максим никаких действий не предпринял. Он даже не отреагировал на ее посты в блоге, что было непривычно.