Жестокие цинковые мелодии

Покойник снова развлекался. Что-то он последнее время очень часто весел. Но что он знает о лошадях? Даже пока он дышал и расхаживал на собственных задних ногах, вряд ли он ездил верхом на ком-либо умнее мамонта.

Ты знаешь, сколько тебе предстоит сделать сегодня. И ты кончил завтракать. Я советовал бы тебе отработать хоть часть тех денег, что ведрами присылает тебе Вейдер.

Ведрами? Я ведь до сих пор не спросил у Паленой, сколько прислал Гилби. Однако если верить Старым Костям, работа того стоит.

Пора браться за дело, Гаррет. Очень скоро мисс Торнада начнет приводить ко мне людей, и некоторые из них предпочли бы, чтобы ты их не видел.

— Тьфу! — Впрочем, на самом-то деле я ломал себе голову над тем, с кем он хотел побеседовать. В результате я заработал от него ментальную оплеуху, пусть и несильную, игривую.

Значит, он хочет, чтобы я держался подальше от дома, нарабатывая себе серьезное такое, основательное алиби.

Что ж, выходит, пора идти.

Я взял себя в руки, оделся потеплее и шагнул на крыльцо. И сразу же нырнул обратно в дом за вязаными шапкой и шарфом.

Холод оглушил меня, как кулаком. Из чего следовало, что Дин с Паленой слишком жарко топят. Можно сказать, обращают мое серебро в дым.

53

Завтрашний день обещал превратиться в ад. Как в тех царствах смерти, где грешники в расплату за прижизненную леность приговорены к вечной уборке снежных завалов.

Я посмотрел на все это еще раз, передернул плечами, вздохнул и двинулся дальше.

Новый год уже миновал, а я так и не начал новую жизнь. Я слишком много хныкал и ворчал, слишком долго ждал от жизни всяких пакостей и подлостей по отношению к себе, любимому. Надо, надо стать позитивнее. И активнее, да. Пить меньше, а вставать раньше.

Последние лет пять я повторяю это себе не реже раза в неделю. Ну, в дополнение мне еще нужно, конечно, побольше двигаться и сбросить фунтов десять. Или двадцать.

И ведь не так много для этого требуется, право же. Всего несколько дней.

— Сто лет не видел тебя в такую рань, — сообщил мне Плоскомордый.

— Вы сильно преувеличиваете, сэр.

— Может, и преувеличиваю. Но не сильно. Что такое стряслось? Нет, правда, что происходит?

— Убиваю двух зайцев разом. Эти парни построят тебе казарму. С печкой и сортиром. И сделают они это быстро, до конца дня, на глазах у Вейдеровых строителей. — Я нанял для этого полукровок, истосковавшихся по работе. — Много народа пришло сегодня?

— Почти все, если верить Лютеру. Испугались остаться без работы.

— Это немножко прибавит им рвения.

— Если только не взбунтуются.

— С места, где я стою, даже не оглядываясь, могу насчитать четверых жестяных свистков. Стоит кому-нибудь затеять бучу, и он будет продолжать работу, только уже на Корону и бесплатно.

Большинство наших заключенных много лет трудятся на строительстве акведука Маркоска. Рано или поздно — не исключено, что даже на моем веку — это разом облегчит проблемы Танфера с водоснабжением. Строительство движется неспешно, потому что строители почти сплошь подневольные.

Плоскомордый повернулся посмотреть, как мои полукровки разгружают доски с телег.

— Ты им только покажи, где тебе удобнее, чтобы ее поставили, — предложил я. — Вон тому, с растительностью на лице — он у них старший. Откликается на Камнегрудого.

У этого имени тоже имелась своя история, но Плоскомордого это не интересовало. Если подумать, типу, которого всю его сознательную жизнь звали Плоскомордым, вряд ли будет интересно происхождение других кличек. Ну, конечно, если тема не всплывет во время совместной попойки.

У Тарпа имелись четкие представления относительно размеров и планировки своей казармы, и они с Камнегрудым углубились в препирательства.

Тут появился Билл. Так неожиданно, что я подпрыгнул.

— Какого черта?

— Вам стоило бы держать ухо востро.

Я почему-то вдруг подумал о Тинни и о том, в какую сторону начинает катиться моя жизнь.

— Может, и стоило бы. Что вы замыслили?

— Я тут провел полночи с вашими громилами. Мистер Тарп об этом не говорил?

— Нет еще.

— Так вот, что бы там ни сидело внизу, оно делается сильнее. Возможно, если бы вы разобрались с чертовыми жуками, это и можно было бы повернуть вспять. Если это «чего-то» перестанут глодать, оно может снова уснуть. Только пока жуки все вылупляются и вылупляются.

— И что?

— А ничего. Я просто хотел сказать, сделайте что-нибудь с жуками. Остальным можно заняться потом.

— Сегодня что-нибудь и предпримем.

И правда, мой напарник уже развернул кипучую деятельность. На нескольких фронтах одновременно. Какой-то частью своих планов он со мной поделился, какая-то осталась известна ему одному. Собственно, затем он и нанял столько исполнителей.

— Вот и славно, — кивнул Билл. — Я-то что, мне жуки не мешают. А вот музыка едва с ума не сводит.