Жизнь и приключения Мартина Чезлвита (главы I-XXVI)

- Я имею основания думать, - прервал его полковник, - что аристократические крути вашей родины трепещут перед именем Джефферсона Брика. Мне хотелось бы слышать из ваших уст, сэр. какое из его утверждений нанесло самый тяжкий удар...

- ...стоглавой гидре Коррупции, которая ныне поражена копьем Разума и пресмыкается во, прахе, изрыгая фонтаны крови до самых небес, - произнес мистер Брик, надевая маленькую фуражку синего сукна с лакированным козырьком и цитируя свою последнюю статью.

- Алтарь свободы, Брик... - подсказал полковник.

- ...следует иногда орошать кровью, полковник, - воскликнул Брик. И, произнося слово "кровь", он резко щелкнул большими ножницами, словно и они тоже произнесли "кровь", вполне разделяя его мнение.

После этого оба они воззрились на Мартина, ожидая его ответа.

- Честное слово, - сказал Мартин, к которому вернулось его обычное хладнокровие, - я не могу дать вам нужных сведений; сказать по правде, я...

- Погодите! - воскликнул полковник, сурово глядя на своего военного корреспондента и кивая головой после каждой фразы. - Потому, что вы никогда не слыхали о Джефферсоне Брике, сэр. Потому, что вы никогда не читали Джефферсона Брика, сэр. Потому, что вы никогда не видали "Нью-йоркского скандалиста", сэр. Потому, что вы не знали о его могущественном влиянии на кабинеты Европы, Да?

- Действительно, как раз это я и собирался сказать, - заметил Мартин.

- Спокойствие, Джефферсон, - важно сказал полковник, - не кипятитесь! О вы, европейцы! А теперь давайте выпьем по бокалу вина! - С этими словами он слез со стола и вынул из корзины, стоявшей за дверью, бутылку шампанского и три стакана.

- Мистер Джефферсон Брик, сэр, провозгласит нам тост, - сказал полковник, наливая по стакану себе и Мартину и передавая бутылку мистеру Брику.

- Что ж, сэр, - произнес военный корреспондент, - я готов. Я провозглашаю тост за "Нью-йоркского скандалиста", сэр, и, за его собратьев, за кладезь истины, чьи йоды черны, ибо состоят из типографской краски, но достаточно прозрачны для того, чтобы в них отразились судьбы моего отечества.

- Слушайте, слушайте! - отозвался полковник с большим удовлетворением. - А ведь речь моего друга составлена довольно цветисто, сэр!

- И очень даже, - сказал Мартин.

- Вот сегодняшний номер "Скандалиста", сэр, - заметил полковник, подавая ему газету. - Вы найдете здесь Джефферсона Брика, как всегда, на посту, в авангарде цивилизации и чистоты нравов.

Полковник опять уселся на стол. Мистер Брик сел рядом с ним; и оба они приналегли на шампанское. Они часто посматривали на Мартина, который читал газету, а потом друг на друга. Когда он положил газету, - что случилось уже после того, как они прикончили вторую бутылку, - полковник спросил, понравилась ли ему газета.

- Как вам сказать, уж очень много намеков на личности, - ответил Мартин.

Полковник был, по-видимому, весьма польщен этим замечанием и высказал надежду, что так оно и есть.

- Мы здесь независимы, сэр, - заметил Джефферсон Брик. - Мы поступаем, как нам нравится.

- Если судить по этому образцу, - возразил Мартин, - сотни тысяч людей здесь, наоборот, зависимы и поступают так, как им не нравится.

- Что ж, они подчиняются могущественному воздействию Всеобщей Воспитательницы, сэр, - сказал полковник Дайвер. - Случается, что они бунтуют; но вообще говоря, мы пользуемся влиянием на наших граждан и в общественной и в частной жизни, что является одним из облагораживающих установлений нашей страны, так же как и...

- Так же как и рабство негров, - подсказал мистер Брик.

- Совершенно верно, - заметил полковник.

- Простите, - сказал Мартин после некоторого колебания, - нельзя ли спросить по поводу одного случая, о котором я прочел в вашей газете: часто ли Всеобщая Воспитательница занимается - не знаю, как бы это выразить, чтобы не обидеть вас, - подлогами? Например, подделкой писем, - продолжал он, видя, что полковник остается совершенно невозмутим и спокоен, - что не мешает ей утверждать, будто они написаны совсем недавно и живыми людьми?

- Что ж, сэр, - ответил полковник, - занимается время от времени.

- А воспитанники? Как они поступают в таком случае? - спросил Мартин.

- Покупают газеты, - сказал полковник. Мистер Джефферсон Брик сплюнул и засмеялся; сплюнул обильно и засмеялся одобрительно.

- Покупают их сотнями тысяч, - заключил полковник. - Мы ловкий народ и умеем ценить ловкость.

- Разве подлог значит по-американски "ловкость"? - спросил Мартин.

- Ну, - ответил полковник, - я думаю, по-американски "ловкость" значит очень многое, что у вас называется по-другому. Зато у вас в Европе руки связаны. А у нас нет.

"И вы этим пользуетесь, - подумал Мартин. - Да еще как бесцеремонно!"

- Во всяком случае, какое бы название мы ни употребили, - продолжал полковник, нагибаясь, чтобы закатить в угол третью пустую бутылку вслед за двумя первыми, - я полагаю, искусство подлога изобрели не здесь, сэр?

- Я тоже так полагаю, - ответил Мартин.

- И другие виды ловкости тоже?

- Изобрели? Нет, думаю, что не здесь!