Мы дошли до конца в исследовании различных стадий и событий околосмертного опыта, о которых говорилось в типичных рассказах опрошенных. В завершение этой главы я бы хотел подробно процитировать довольно выдающийся рассказ, в котором воплощены многие из описанных элементов. Кроме того, там есть уникальный поворот, с которым мы не встречались раньше: существо света заранее говорит человеку о том, что вскоре его ожидает смерть, а потом вдруг решает позволить ему жить дальше.
«В то время, когда это случилось, я страдал — как и сейчас — сильной бронхиальной астмой и эмфиземой. Однажды у меня случился приступ кашля, при котором я, очевидно, разорвал диск в нижней части позвоночника. В течение пары месяцев я обращался к разным врачам с жалобами на мучительную боль, и наконец один из них направил меня к нейрохирургу доктору Вайетту. Тот осмотрел меня и сказал, что меня надо немедленно госпитализировать, поэтому я лег в больницу, и меня тут же положили на вытяжение.
Доктор Вайетт знал, что у меня тяжелые дыхательные заболевания, поэтому он пригласил специалиста по болезни легких, который сказал, что, если меня придется ввести в наркоз, нужно будет обратиться к анестезиологу, доктору Коулману. Этот специалист работал со мной почти три недели, пока мое состояние не улучшилось настолько, что доктор Коулман согласился за меня взяться. Он дал согласие в понедельник, хотя это очень его беспокоило. Операцию назначили на следующую пятницу. В ночь с понедельника на вторник я уснул и крепко спал до раннего утра, а потом проснулся от сильной боли. Я перевернулся и попробовал занять более удобное положение, но в этот момент в углу комнаты появился свет, почти под самым потолком. Это был сгусток света, похожий на глобус, не очень большой, не более 30–38 см в диаметре. Когда появился этот свет, на меня нахлынули эмоции. Я не могу сказать, что это было зловещее чувство, вовсе нет. Это было чувство полного умиротворения и полного расслабления. Я видел, как ко мне из света протянулась рука, и свет сказал: “Пойдем со мной. Я хочу тебе что-то показать”. И немедленно, безо всяких колебаний, я дал ему свою руку. Когда наши руки соприкоснулись, я почувствовал, что меня вытаскивает вон из тела. Я оглянулся и увидел свое тело на кровати, а сам я поднимался вверх к потолку.
В это время, как только я покинул тело, я принял такую же форму, как свет. У меня было такое чувство — мне приходится самому придумывать слова, потому что я никогда не слышал, чтобы кто-то про такое говорил, — что эта форма была определенно дух. Это было не тело, а завиток дыма или пара. Он выглядел почти как облака сигаретного дыма, которые заметны, когда пролетают мимо лампы. Однако у той формы, которую я принял, были цвета. Там был оранжевый, желтый и еще цвет, который я не мог определить, но я решил, что это индиго, что-то в синих тонах.
Эта духовная сущность не имела формы, такой, какую имеет тело. Она была более или менее круглой, но у нее было нечто, что я бы назвал рукой. Я это знаю потому, что, когда свет потянулся ко мне, я дал ему руку. Но мои собственные рука и кисть остались на месте, я видел, что они лежат на кровати вдоль тела, когда я поднялся к свету. Однако, когда я отпустил эту духовную руку, свет вновь принял форму круга.
Итак, свет подтянул меня туда же, где был сам, и мы стали двигаться сквозь потолок и стену палаты в коридор, сквозь коридор, вниз через все этажи на самый нижний этаж. Не было никаких сложностей в преодолении дверей или стен. Они просто испарялись, когда мы к ним приближались.
В этот период казалось, что мы путешествуем. Я знал, что мы движемся, однако ощущения скорости не было. И через какой-то миг — на самом деле почти мгновенно — я понял, что мы добрались до послеоперационной палаты. На самом деле я даже не знал, где в этой больнице послеоперационная палата, но мы там оказались и снова были в углу комнаты рядом с потолком, над всем остальным. Я видел, как расхаживают врачи и медсестры в зеленых костюмах, видел койки, которые там стояли.
Существо сказало мне… оно показало мне: “Вот здесь ты будешь. Когда они снимут тебя с операционного стола, они положат тебя вот на эту койку, но ты не придешь в себя. Ты ничего не будешь знать с того момента, как войдешь в операционную, пока я не вернусь за тобой и не заберу тебя отсюда”. На самом деле оно мне это не словами сказало. Это не было похоже на голос, который можно было слышать, потому что, если бы это было так, другие люди в палате тоже услышали бы этот голос, а они не слышали. Это скорее было впечатление, которое мне передалось. Но оно было таким живым, что я не мог бы сказать, что я его не услышал или не почувствовал. Для меня оно было совершенно четким.