Журнал «Компьютерра» № 15 от 18 апреля 2006 года

К моменту, когда Старая Европа свела счеты сама с собой, антропология уже предложила новое толкование культуры. Отказавшись от ранее принятых линейных концепций прогресса, она перестала делить культуры на ранние и поздние, примитивные и передовые, и перешла к рассмотрению их в своеобразии. Как некоего, вполне определенным образом структурированного зазора между реальными потребностями человека и ресурсами, поставляемыми доступной технологией.

Обратим внимание — зазор этот может быть велик не только в индустриальных обществах. Тропические леса Юкатана обеспечивали потребности в питании, символическом жилье и почти незаметной, но адекватной климату одежде при вовлечении в производственные процессы десятой части населения. Результатом этого явилась уникальная культура затерянных среди лиан статуй. Порожденных двумя факторами — доступностью ресурсов и существованием определенной системы ценностей. Именно последняя обуславливает выбор форм человеческого поведения — крахмала и запонок или проколотых носов и татуировок.

Культура рассматривается как нечто, структурирующее общество, обеспечивающее его управляемость. Тут-то культурология и смыкается с computer science, бывшей кибернетикой.

Почему?

Да потому, что передача социальных норм от поколения к поколению — это коммуникативный процесс. Передача информации. Здесь, на уровне концепций, высокая культура смыкается с высокой технологией. А отнюдь не заменой цифровыми алгоритмами колонковой кисточки и конского волоса на смычке!

ОГОРОД КОЗЛОВСКОГО: Связь без брака

Автор: Козловский Евгений

Этот «Огород» я пишу вне очереди — просто давным-давно не испытывал такого возбуждения от новой железки, — так что, подобно седобородому графу, не могу молчать! Правда, сама по себе железка ничего особенного, сложного или высокотехнологичного не представляет, — особенной она становится в комплексе феноменального сервиса Skype.

Я почему раньше относился к Skype с некоторой прохладцей? — исключительно из-за мелких, но ужасно раздражающих, как камешек в ботинке, проблем: надо через что-то слушать, чтобы не было наводок, паразитной обратной связи, надо неизвестно куда говорить… Можно, конечно, приобрести гарнитуру, но она, как любая навеска (особенно на голову) — другой камешек в другом ботинке. Поэтому всякие тестовые беседы с Голубицким, Левенчуком или собственным сыном проводились именно как тестовые: звуковая система компьютера затыкалась штекером наушников, наушники заталкивались в уши, привязывая к компьютеру, как к галерной скамье, — согласитесь, что вольготной, привычной свободы телефонного разговора совершенно не хватало.

Где-то с полгода назад Сергей Вильянов описал попавший к нему на пару дней сименсовский DECT-телефон с дополнительным USB-зубом, который в зависимости от ситуации работал то как обычный DECT, то — как Skype. Вот такую вещь мне иметь захотелось, — но на Горбушке я их не встретил, да и еще вопрос: свой DECT’овский Siemens я выбирал довольно тщательно, чтоб был и размер подходящий, и дизайн, и автоответчик, и то, и другое, и пятое, — потом добывал в Зеленогорске конвертор, переводящий сигналы европейской идентификации номера в отечественный АОН, — и вообще, когда вещь нравится и работает, менять ее хочется не особенно. Конечно, можно приобрести и специальный Skype-телефон или Skype-трубку, но все-таки и в этом решении есть некое нарушение очень уважаемого мною принципа Оккама: не плодить сущностей без нужды.