Журнал «Компьютерра» № 22 от 12 июня 2007 года

Большой ошибкой было бы думать, что в эпоху избытка информации все умные люди в разведке понимают важность OSINT. Как свидетельствуют инсайдеры, пока доминирует совсем другая точка зрения, согласно которой настоящие разведданные – это похищаемые у противников секреты. Иначе говоря, информация, добываемая в ходе тайных операций, уже по природе своей должна быть ценнее информации общедоступной. Одна из свежих брошюр ЦРУ, подготовленная для привлечения в разведку новых аналитиков, содержит такие строки: "Вы можете находиться на обочине, читая о мировых событиях в газете. Или можете быть в центре этих событий, работая в разведке". Иными словами, брошюра делит мир на тех, кто читает газеты, и тех, кто имеет доступ к "настоящим разведданным" в недрах спецслужбы. Недавний директор ЦРУ Джордж Тенет в качестве краткой характеристики своего ведомства любил употреблять хлесткую фразу "Мы воруем секреты". Ту же самую мысль ветеран-оперативник ЦРУ Томас Кэррол формулирует более развернуто: "Несмотря на частые отсылы к "разведданным из открытых источников", внутри ЦРУ этот термин воспринимается скорее как нелепица, оксюморон. Разведданные, по определению, это тайно добытая информация. Украденная, грубо говоря. Информация из журналов, телепередач или каких-то бюллетеней может быть ценной, но это не разведданные". Подобного рода воззрения считаются типичными для шпионов-профессионалов, особенно на оперативной работе.

ГОЛУБЯТНЯ: Питбуль

Автор: Сергей Голубицкий

По доброй традиции начну с непринужденной зарисовки в жанре «ИТ-моралите». Звонок в компанию «Биг Систем» (вона как!):

– Здравствуйте, подтвердите, пожалуйста, наличие на складе источника бесперебойного питания APC BE700-RS.

– (После короткой паузы.) Да, есть такой.

– В вашем прайс-листе указана цена 2071 рубль, все правильно?

– Правильно, только это цена для устройства с поврежденной упаковкой, а так – много дороже.

– Ну что ж, если дело только в упаковке, не беда – с удовольствием куплю…

– (Раздается звонок по другой линии.) Подождите, пожалуйста! (Говорит в сторону: "А, привет! Как дела? Как бабушка?" и т. д. минуты четыре, после чего возвращается к разговору со мной.) Я вас слушаю!

– Я говорю – с удовольствием куплю у вас ИБП, если дело только в поврежденной коробке. Можно подъехать к вам куда скажете и посмотреть?

– Нельзя.

– ???? А как же удостовериться, что вместе с поврежденной коробкой не раскоцали, уронив на пол, и само устройство? Может, оно не работает.

– К сожалению, никак нельзя удостовериться. И подъехать тоже нельзя.

– То есть что – нужно покупать кота в мешке?

– Выходит, что так.

Такой вот у нас в Россиянии IT-бизнес. Итить-твою-бузинес, точнее будет сказать. Норма жизни, изредка скрашиваемая невообразимыми жестами балетных импресарио.

Apropos, про раскоцать. Все-таки удивительно переплетаются события: в "Биг Систем" повредили коробку с ИБП, а у меня на плече разорвался ремень сумки, которая, пролетев сантиметров восемьдесят с ускорением 1 g, вонзилась в родную землю. Знаете, что было в сумке? Я вам расскажу: сканер Canon, видеокамера Canon и три любимые коробочки Sarotech с жесткими дисочками внутри: на 320 гигабайт – две штучки, и на 400 гигабайт – одна штучка. А на дисочках, так про между прочим, все-все-все, что наскреб по сусекам мировой компьютерной сети за последние два года: фильмы там разные (штук восемьсот, может, поболе), программки, бэкапчики, семейные фотографии да слитый архив видеозаписей.

Упала, значит, сумочка, а вместе с нею что-то в сердце и оборвалось: от дурного предчувствия. Бросился проверять ущерб: сканер живехонек, видеокамера трепыхается, первый Sarotech невредим, второй – умер, третий… тоже умер! А-а-а-а! Дрожащими ручонками развинчиваю «Саротеки» и зрю апокалипсис.

Помнится, в свое время я страшно умилялся тому, что в HardBox’ах жесткие диски не прикручиваются винтиками к салазкам, а крепятся с помощью специальной пластиковой пластины напрямую к корпусу. Мне, старому идиоту, подобное решение почему-то казалось жутко удобным. Так вот, благородные мои читатели, суровая правда жизни показала, что более чудовищного технологического изврата представить невозможно! При падении с высоты каких-то жалких восьмидесяти сантиметров жесткие диски, весом, как известно, хорошо под килограмм, набирают такую скорость, что как по маслу вырываются из убогой пластиковой пластины и в буквальном смысле слова срезают напайку на расположенной по соседству плате – транзисторчики, диодики и прочую белиберду. В итоге Sarotech HardBox мгновенно превращается в мертвый кирпич (аки ЗЫЗа).

Самим жестким дискам, как – слава тебе Господи! – я впоследствии удостоверился, падение сумки оказалось по шарабану, так что отделался я малой кровью – попал на два «Саротека» (4500 рублей) и два новых бокса, которые пришлось докупать (еще 2500 рублей).