Змеи. Гнев божий

– О чем шепчетесь? – спрашивает он, многозначительно шевеля светлыми густыми бровями.

– Да так, ерунда, – говорит Глеб, наконец высвобождается из цепких объятий Эвелины и продолжает подниматься вверх.

Оба – Зефир и Эвелина – преследуют его преданными щенками, с которыми уставший хозяин отказывается играть после работы.

– Я смотрю, вы теперь обедаете вместе, – продолжает Ветер, будто бы не замечая хмурого взгляда подруги. – Еще чуть-чуть, и мне придется тусить в компании физрука. А вы знаете, ходят слухи, что его усы по ночам превращаются в дождевых червей…

Эвелина резко обрывает болтуна резким ударом под ребра. Несмотря на то что физически это, конечно же, не может принести ему никакого вреда, Зефир все-таки замолкает.

Они преследуют Глеба вплоть до его класса, где уже сидит несколько учеников, разложив на парте тетради и пеналы.

– Глеб, ну послушай, – продолжает канючить Эвелина, невзирая на присутствие учителя географии, – от этого ведь всем будет лучше. И я наконец выполню свои обязательства, и ты больше не будешь страдать из-за моего присутствия.

Перед тем как исчезнуть в аудитории, Глеб разворачивается и не удерживается от того, чтобы кольнуть в ответ:

– Ах, значит, ты все-таки понимаешь, что твоя компания слегка обременительна?

Эвелина видит по его лицу, что он тут же сожалеет о сказанном, но вернуть слова назад уже не может, поэтому позволяет ему уйти, оставшись наедине с братцем Ветром.

– Чего ты к нему вообще прицепилась?

– Не знаю. – Эвелина пожимает плечами. – Может, потому что у меня есть ощущение, что мы похожи.

Братец Ветер начинает откровенно хохотать, разве что за животик не держится.

– Похожи? Вы? Ну ты, мать, даешь! Вы с ним похожи, как день и ночь. Как Беловодье и мир людей. Как…

– …куриные котлеты и блевотный компот из сухофруктов. Я в курсе.

Они направляются обратно по коридору.

– Ну, я бы не использовал именно такое сравнение – компотик сегодня был вполне себе ничего, – но в целом ты все поняла правильно. Так все-таки, что ты за ним бегаешь?

– Я бы тебе сказала, – цедит Эвелина сквозь зубы, – но ты сам знаешь, почему я с тобой никогда не была очень откровенна.

Эта новость для Зефира настоящая неожиданность, потому что в какой-то момент он спотыкается на ровном месте и застывает.

– И почему это?

Эвелина разворачивается и неспешно продолжает двигаться спиной вперед. Ее не слишком-то расстроил отказ Глеба – в конце концов, у нее всегда в рукаве припрятан запасной план, – а теперь, глядя на растерянную физиономию бывшего соседа по камере, она и вовсе едва ли не счастлива.

– Я же птица правды, братец. Думаешь, не унюхала с порога твою двуличную натуру?

* * *

На сегодня у него не назначено ни одного клиента, но Кирилл все равно в офисе. Бездельничать, конечно, можно и дома, но в офисе как-то солидней. Можно порезаться в онлайн-тетрис, порисовать каракули на задней стороне какого-то важного договора, а еще время от времени посматривать на соблазнительную ложбинку младшего помощника Вероники, у которой в отличие от него работы всегда хватает. Ну, или она очень хорошо делает вид, что это так.

Все в этой девушке хорошо, кроме имени. Кирилл всегда мечтал нанять на работу какую-нибудь Леночку или Катеньку, а «Веронику» никак не облагородишь. Разве что какой-нибудь «Никусей», но от этого сочетания звуков Кирилла откровенно тошнит.

– Вероника, зайдите ко мне, – обращается он к ней по громкой связи, хотя прозрачное окно между ними позволяет общаться и по-нормальному.

Девушка тут же вскакивает из-за стола и направляется к двери. Кир не раз замечал, что в его присутствии она всегда старается снизить свою привлекательность. Сексуальная походка превращается в неловкое ковыляние; никакого прямого взгляда. Кирилл где-то вычитал, что антилопы всегда чувствуют притаившегося в кустах хищника, но принимаются удирать только в самый последний момент. Вот и Вероника, видимо, чувствует в нем что-то опасное, что, конечно, только сильней его возбуждает.

– Вы звали?

– Да, позвоните, пожалуйста, Лихтенштейну, назначьте на когда ему удобно. Я думаю, мы готовы обсудить стратегию защиты.

– Конечно, – пластиково улыбается ассистентка и уже собирается уходить, когда Кир бросает ей вслед:

– А еще в пятницу можете не приходить. Мне надо будет кое-куда съездить, поэтому в офисе меня не будет. Все остальное доделаем после новогодних. Отдыхайте, вы заслужили.

Девушка мгновенно оживляется и даже чуть-чуть расслабляется, но никогда – до конца. Она как вечно натянутая струна, которая боится, что стоит ей чуть-чуть провиснуть, как владелец инструмента заменит ее на более новую и упругую.

Кирилл прекрасно понимает: как и многие жены, годами терпящие побои от своих мужей, его помощница наслаждается этим животным страхом, который она ощущает в его присутствии. Именно поэтому она не ушла от него до сих пор и, если бы была возможность, не увольнялась бы еще в течение долгого времени. К счастью для них обоих, это их последняя встреча.

– Кирилл Дмитриевич?

Вероника возвращает его из тумана собственных мыслей. Он поднимает на нее голову.

– А? Что-то еще?