Золотая Орда. Монголы на Руси. 1223–1502

В качестве «воззвания» в начале документов содержались религиозные призывы. Первоначально они были шаманистского, а потом мусульманского содержания. Но встречаются и грамоты, в которых эти воззвания отсутствуют. По всей видимости, это связано с последующей переработкой текстов при подготовке сборников ярлыков, где их просто опускали (это относится прежде всего к русскому духовенству).

После «воззвания» следовало имя хана, которое вкраплялось в текст в приказной части, например: «Тохтамыш соцум» (буквально «Тохтамыш, мое слово»), что означало: «По приказу Тохтамыша». Обращение было различным и зависело от вида документа. Если он направлялся одному получателю, то титул и вежливые выражения в нем опускались. Например, письмо от 1393 года начиналось так: «к Ягайло», или в послании Улу-Мухаммеда турецкому султану Мураду II[383] в 1428 году: «Хагг та ала инает биле Мохаииед паигамбер му гизатиле Мехмедтен казн Мурадга» («при поддержке великого Бога и чуда пророка Мухаммеда к сыну Мехмеда казн[384] Мураду»).

Если документом даровалась привилегия, значимая для общества, то в этом случае следовало перечисление всех сословий и профессиональных групп, которым надлежало чтить данную грамоту и до которых ее следовало довести. На первом месте в данном перечислении стояли представители военной власти (в некоторых документах они отсутствуют, но это является следствием опущения части текстов в ходе перепечатки или переработки документов). Затем следовали представители духовенства (тоже порой опускаемые) и чиновников из управления делами Орды. На третьем месте перечислялись лица, отвечавшие за доставку и распространение документа, то есть работники почтовой и иной службы. Затем обычно следовало обращение ко всему народу.

Перечисление чиновничьих рангов, из которого почерпнуты в основном все наши знания об ордынских органах власти, при их изучении осложняется тем, что один и тот же ранг обыкновенно писался двумя словами, а это даже в эпоху Средневековья приводило при переводе к неточностям.

Сам текст документа очень часто начинался с перечисления прежних распоряжений ханов (русские называют это словом «ссылка»), и только потом уже излагалась суть дела.

В ярлыках, подтверждавших знатность происхождения, для заверения сначала приводился текст самой дворянской грамоты (своего рода нарратив[385]), и только во второй части документа говорилось уже о том, что приложенная грамота верна, и подтверждалась сама знатность человека. Подобным образом выглядели и грамоты о привилегиях, выдававшихся русскому духовенству, которое во многом приравнивалось к знати. В них также содержались ссылки на предыдущие решения.

Имя хана в начале документа выделялось. Обычно его писали золотыми буквами, так же как и слово «нас», если оно относилось к правителю. Оно всегда писалось с новой строки. Золотыми буквами писались и первые слова нового листа (приклеенной части грамоты). А поскольку тексты излагались на тюркском языке, то применялся так называемый документальный шрифт (дивани[386]), как, например, в письме кыпчакского правителя Улу-Мухаммеда османскому султану Баязиду I от 1428 года. Тексты всегда писались с одной стороны листа.

В конце документа содержались проклятия в виде заклинаний для тех, кто осмелится нарушить выданные привилегии или обязательства. И наконец, ставилась дата, которая прописывалась еще долгое время не только на мусульманский, но и на монгольский манер с изображением знаков зодиака.

Все монгольские документы-оригиналы заверялись печатью, так называемой тамгой, отличавшейся по форме от той, которая чеканилась на монетах, хотя ее смысл в обоих случаях был один и тот же – заверка подлинности. Эта печать выглядела в виде довольно крупного двойного квадрата, заключенного один в другой, в центре которого (в третьем квадрате) находилась сама тамга, известная нам по монетам. Например, в 1428 году у Улу-Мухаммеда она была в форме коромысла, перечеркнутого посередине вертикальной чертой ().

По краям печати находилось религиозное изречение на арабском языке и титул правителя. В 1392 году у Тохтамыша на ней стояли следующие слова: «Ас-султан аль-адил Тохтамыш – Бисми Ллахи р-рахмани р-рахим – Ля иляха илля Ллаху ва Мухаммадун Расулу Ллахи». В переводе это означало: «Законный султан Тохтамыттт – Во имя Аллаха милостивого, милосердного – Нет Бога, кроме Аллаха, и Мухаммед пророк его».

Печать была красного цвета и ставилась в начале документа, на месте склейки листов и в конце ярлыка. В тексте имелось ее описание – так называемая ал тамга («красная тамга»), рядом с которым красовалась золотая нишан[387]. Это были тисненные золотом слова, как особый знак, подтверждающий подлинность грамоты. Позднее порядок изменился. Документ, выданный Тохтамышем Ягайло в 1393 году, содержал золотой оттиск его тамги, которая в конце ярлыка повторялась под названием «золотая нишан». В более позднее время такое стало встречаться чаще, и в конце концов понятия «тамга» и «нишан» стали обозначать практически одно и то же.