Золотой век Бразилии. От заокеанской колонии к процветающему государству. 1695—1750

В сложившихся обстоятельствах в колониальной Бразилии не мог сформироваться класс белых крестьян-собственников, владельцев земли, которую они сами возделывали бы. Даже те, кто зарабатывал на жизнь с помощью кирки и мотыги в Португалии и на Азорских островах, не собирались заниматься тем же в Бразилии, если появлялась возможность этого избежать. Некоторые стали издольщиками (lavradores)

на больших плантациях сахарного тростника, хотя они не работали сами, а только надзирали за трудившимися на них рабами. Другие занялись выращиванием табака. Поскольку урожай собирали на небольших земельных наделах, некоторые из них работали вначале, вероятно, сами. Однако к концу столетия каждый крестьянин уже имел в среднем одного-двух рабов. Некоторые работали плотниками, каменщиками и занимались другими ремеслами в городах. Но, опять же, как только они скапливали достаточно денег, чтобы купить раба, то сразу же это и делали. «Все эти торговцы покупают негров, – писал Уильям Дампир после посещения Баии в 1699 г., – и учат их своему ремеслу, и их труд является для них большим подспорьем». Эти «мастеровые», как их презрительно называли, создавали братства, имевшие в главных городах характер гильдий. Но им так и не удалось стать столь же зажиточными и с положением в обществе людьми, как этого добились их компаньоны в Испанской Америке. Тем не менее некоторые отдельные одаренные их представители своим примером сумели опровергнуть глубоко укорененный предрассудок в отношении любого человека, который живет трудом своих рук. История успеха, которого добился Антониу Фернандеш де Матуш, эмигрировавший в Пернамбуку, будучи бедным каменщиком, и ставший одним из самых богатых и наиболее уважаемых жителей капитании, не была явлением уникальным.

Те из эмигрантов, которые были грамотными, становились преимущественно чиновниками, кассирами, помощниками продавцов в магазинах или уличными торговцами, работавшими за свой счет или на комиссионной основе. Когда эти переселенцы прибывали в страну, их устраивали на работу родственники или знакомые, которые эмигрировали ранее и уже твердо обосновались на новом месте. В дальнейшем их успех уже зависел от них самих, от их трудолюбия, упорства и бережливости. Состоявшиеся предприниматели обычно нанимали на работу вновь прибывших иммигрантов, а не передавали свое дело сыновьям. Их родившиеся в Америке наследники были, как считалось, менее предприимчивыми и работящими, чем новые иммигранты. Недаром в Ланкашире бытовала пословица: «От деревянных башмаков до деревянных башмаков проходит всего три поколения». То есть, как бы ни разбогател человек, его правнук растратит весь семейный капитал. В Бразилии тоже была подобная пословица: «Отец – владелец таверны, сын – благородный человек, внук – нищий». Можно смело утверждать, что многие открывающиеся вакансии, на которые претендовали «сыны земли» (filhos da terra),

то есть местные жители, как правило, занимали иммигранты. Более того, первые пользовались расположением государственных чиновников, большинство из которых были родом тоже из Европы. По этой и иным причинам существовала взаимная нелюбовь и недоверие между этими двумя категориями вассалов португальской короны. В дальнейшем мы увидим, как эта неприязнь дважды приводила к гражданской войне.