Золотой век Венецианской республики. Завоеватели, торговцы и первые банкиры Европы

Мореплавателям проще всего сколотить состояние двумя способами: торговлей и пиратством. Устоявшиеся морские державы, как, например, Великобритания в XIX веке, как правило, всячески защищали мирную торговлю, так как от нее во многом зависело благополучие страны. В периоды же становления государственности многие страны, связанные с морем, даже поощряли пиратство. С точки зрения, например, викторианцев, сэр Фрэнсис Дрейк закладывал основы их державы и потому овеян славой, а род его занятий считается весьма почтенным. И хотя во времена Дрейка англичане выходили в Атлантический океан или Средиземное море в основном за добычей, в Северном море англичане стремились получить прибыль от перевозок и потому оказывали транспортные услуги, подчиняясь законам. Если в одном районе та или иная страна с помощью флота совершала набеги на иноземные берега и захватывала чужие корабли и грузы, то в других местах корабли использовались лишь для мирной торговли или защиты. В целом можно сказать, что почти все морские державы начинали с пиратства или грабежа. Стремление к оказанию транспортных услуг и мирной коммерции возникали позже.

Контраст между Венецией XII–XIII веков, с одной стороны, и Венецией XVI–XVII веков, с другой стороны, согласуется с этим общим правилом, но в годы своей ранней истории Венеция находилась в двусмысленном положении. Она считалась частью очень древней морской державы – Восточной Римской, или Византийской, империи. Самые ее ранние значительные морские достижения связаны с защитой мирного товарообмена. Торговля велась под патронатом Византии. В то же время венецианцы не колеблясь прибегали к насилию, стремясь поддержать и усилить собственную роль в этой торговле; благодаря насильственным методам им удавалось получать значительную прибыль.

Две составляющие морской политики варьировались в зависимости от места действия. Так, на Адриатике в общем и целом преобладала политика охраны и поддержания порядка. Венеция предприняла ряд успешных шагов к тому, чтобы обеспечить контроль вначале над Верхней Адриатикой, затем над Далмацией и средней частью побережья. Позже Венеции удалось захватить, пусть и не столь прочную, власть на Нижней Адриатике. Во всех трех областях она выступала либо как часть Византийской империи, либо как ее независимый союзник.

Верхнюю Адриатику и в целом часть моря, изначально игравшую жизненно важную для Венеции роль, можно отметить условной линией, соединяющей Пулу – город на южной оконечности полуострова Истрия – с Равенной (см. карту 1). Именно эту часть Адриатики принято было называть Венецианским заливом. Вскоре стало ясно, что в Венецианском заливе может властвовать лишь одна морская держава. С ослаблением византийского флота, чьей основной базой служила Равенна, роль представителей Византии и защитников мирной торговли перешла к венецианцам. Упрочение власти в Венецианском заливе связано с правлением дожей из семьи Кандиано, которые правили Венецией почти весь X век. Пьетро II Кандиано (932–939) подавил сопротивление Комаккьо. Оправившись после более раннего разграбления, жители этого соседнего города начали угрожать венецианской торговле. Кроме того, Пьетро II Кандиано захватил Каподистрию на другом берегу Венецианского залива. Когда жители других городов на полуострове Истрия, которыми правил местный князь, начали грабить венецианские суда, дож запретил вести торговлю с этими городами и тем самым поставил их на колени, лишив их соли и прочих предметов первой необходимости. Его сын, Пьетро III Кандиано (942–950), также успешно применил экономический бойкот в споре с Аквилеей. Экономическое, а не только военное принуждение доказывает, что венецианцы еще в X веке занимали главенствующее положение в той области в торговле и судоперевозках. Не все земли на побережье так называемого Венецианского залива подчинялись политической власти Венеции, но после падения Равенны ни один близлежащий город не способен был выставить военно-морской или торговый флот, способный соперничать с венецианским.

Карта 1