Зона Посещения. Забытые богами

«Слабак!» – презрительно бросила она, выпрямляясь во весь рост и гордо вскидывая подбородок. Над её левым плечом возникло чёрное размытое пятно со строчками белых слов. Подобные бесформенные кляксы художники рисуют в комиксах, исписывая их прямой речью или мыслями героев.

«Самое прикольное, что я тебе практически не соврала, мудак, хотя в мартирологе моих соплеменниц меня ты не нашёл бы.

Был бы живой, дала бы совет. Уважай находящихся на стороне, которую вы считаете злом. Бойся. Мы в натуре крутые.

Убивать для нас как дышать. Меч подымешь – от меча и погибнешь».

Убийца ткнула труп носком сапога в бок и вслух спросила:

– Оно тебе надо было? Ну что такое идентификатор? Личный числовой код. Всего лишь набор цифр. Придумал бы сам любой для отмазки…

– Я, конечно, всячески извиняюсь, – раздался вдруг тоненький девичий голосок, говорящий очень даже на том же языке, что и она, – однако к вам таки просьбочка имеется! Будьте добренькие отцепить меня!

Шатенка прыгнула к дверце одной из кабинок. Рванула за ручку… Верхом на унитазе лицом к сливному бачку, прикованная наручниками к трубе, сидела худенькая девушка лет восемнадцати. Совершенно голая. Повернув начисто обритую голову, она через плечо спокойно смотрела на женщину огромными чёрными глазищами.

Тип лица у пленницы был явно южных кровей. Симпатичная такая волоокая южанка. Вид женщины, забрызганной кровью, с торчащим из головы клинком, похоже, не изумил её.

– Ты-ы тут как оказалась?! – изумилась зато женщина.

– Сама не пойму. Наверное, перепутала вектора. Вынырнула, писькой чувствую, сижу. Глянула, нюхнула, и таки правда сижу…

– Серьё-ёзно… Повезло, не в говне, – проворчала шатенка. – Висишь ты знатно, что да, то да. Так сказать, ни туды и ни сюды.

– Повезло соотечественницу встретить. Вы сами откуда будете? Вдруг землячка, и по соседству си…

– Какая я те на фиг землячка! Гражданка мира как бы, давным-давно уж. Мой дом по всему свету колесит! – Она глянула на левое запястье, затем добыла карманные часы, отщёлкнула крышку и тоже глянула, будто сравнивая. Кивнула, спрятала обратно. – Ладно, не бзди, наездница сантехническая. Я тебе пособлю…

Она покопалась в рюкзаке, перекинутом на грудь и теперь захлестнувшем обеими лямками левое плечо. Добыла плоский металлический футляр, упаковку салфеток, пачку сигарет и зажигалку. Из правого нагрудного кармана безрукавки вытянула узкий серый пенал. Глазищи юной южаночки блестели от любопытства. Женщина спросила:

– Тебя как звать-то, великая путешественница?

– Что имя? Всего лишь набор знаков, – очень серьёзным, прямо-таки философским тоном молвила девчушка. – Придумать любой можно…

– Таки да! – ухмыльнулась женщина, обтирая щёки и лоб салфеткой. – Сосредоточься… Куришь? – протянула пачку с выдвинутой сигаретой.

Прикованная кивнула. Схватила губами фильтр и затянулась жадно, когда дрожащий язычок пламени коснулся кончика белого цилиндрика. Отвернулась к трубе, бачку и стенке, понуро сгорбилась.

Зрелище трогательной беззащитности предстало холодным быстрым глазам. Нежный затылочек переходил в худенькую шейку. Голубенькие венки пульсировали под бледной тонкой кожей. Чёрные волосики – отрастающим пушком. Угловатая, ещё не оформившаяся фигурка. Хрупкие плечики, узенькая спинка, ложбинка вдоль позвоночника, бугорочками выступающего из-под… Взгляд женщины неожиданно потеплел.

Высунувшийся было серебристый клинок прямо на глазах бесшумно втянулся обратно, в макушку её головы.

– Наручники сейчас трогать нельзя, в замке типа блочок самоуничтожения. Особо не рыпайся, обрывать завис буду! – велела женщина. Тихонечко вздохнула. Сунула плоский футляр обратно в рюкзак, пенал – в правый карман.

Добыла такой же пенал, но из левого. Наполовину высунула из горловины рюкзака потрёпанную белую книгу. Вынула из кармашка шортиков смартфон.

Приложила его к своему уху, зашевелила тёмными губами, что-то беззвучно шепча в микрофон, и навела на затылок девчушки, верхом оседлавшей унитаз, торец пенала. Резким зигзагообразным жестом рассекла воздух… Сигаретный дым смерчем закрутился над обритой головой, его вдруг откуда-то натянуло очень, очень, очень много, он заволок всю кабинку, целиком окутал пленницу, раздался громкий хлопок, и дымное торнадо, извиваясь, стремительно втянулось в розовый фаянсовый «тюльпан».

В кабинке никого не было. Очаровательная девчушка, «сантехническая наездница», исчезла вместе с дымом.

«Живи, первоходка», – наклонившись над унитазом, женщина ударила кулаком сливную клавишу бачка и заглянула в чёрную дыру, проглотившую юную путешественницу; там, урча, клокотал бурный водоворот. Над каштановым каре возникла размытая клякса со строчками.

«Ты никогда не узнаешь, что в твой затылок дыхнула реальная смертушка и тебе едва не выпал прекрасный шанс уйти в следующее воплощенье чистой, не протасканной сквозь строй врагов, распахивающих до самого донышка не тело даже, а твою ду…»