Звезда путеводная

Вместе с другом, поэтом Александром Бестужевым, начал Рылеев издавать журнал «Полярная звезда». Писали в «Полярную звезду» Пушкин, Жуковский, Крылов, Дельвиг… Писали и братья Николай и Михаил Бестужевы, и сам Рылеев. В декабре 1822 года маленькие томики журнала с сияющей звездой на обложке появились в книжных лавках и через несколько дней исчезли — разошлись по Петербургу, разъехались по всей России. Через год вышел ещё один томик журнала, потом ещё один. «Думы» Рылеева теперь многие узнали. Узнали — и полюбили.

Никита как-то спросил Кондратия Фёдоровича: «А что это за звезда такая — Полярная?»

Рылеев улыбнулся, отдёрнул штору на окне, показал на Север:

— Гляди, Никитушка, вот она. Звезда эта не простая — путеводная. По этой звезде моряки, путешественники путь узнают. Может быть, и наша «Полярная звезда» кому-нибудь верный путь укажет.

Тут бронзовые часы в гостиной протяжно пробили семь.

Вот-вот гости приедут, пора самовар ставить.

А у двери уже бренчал колокольчик. Шумно ворвались в дом приятели Рылеева, молодые офицеры. Явились три брата Бестужева: старший, Николай, — строгий, серьёзный; средний, Александр, — молодцеватый, красивый; младший, Михаил, — шутник, балагур. С ними приехал и кудрявый Лёвушка Пушкин, младший брат знаменитого поэта, рылеевского друга. Лёвушка привёз письмо хозяину от брата, из деревенской ссылки.

Расселись на скрипучих креслах, на диване.

Поспел самовар и, пыхтя, взгромоздился на белой хрустящей скатерти.

Михаил Бестужев, расстегнув ворот мундира, тронул было струны гитары. Но брат Александр остановил его:

— Погоди, Мишель, Кондратий обещал нынче стихи почитать.

Все притихли, приготовились слушать. Никита тоже не вытерпел, неслышно стал в дверях.

Рылеев поднялся немного смущённо, начал вполголоса, потом всё громче, отчётливее. Глаза его заблестели, он выпрямился, откинул голову, как будто даже стал выше ростом.

Герой его стихотворения — Артемий Волынский — был казнён в 1740 году по приказу царицы Анны. Казнили его за то, что он осмелился сказать царице всю правду о преступлениях её любимца — немца Бирона, жестоко угнетавшего народ. Волынский отважно идёт на казнь, он знает:

Славна кончина за народ!Певцы, герою в воздаянье,Из века в век, из рода в родПередадут его деянье.

Дослушав, офицеры заспорили, прав был Волынский или нет. Ведь царица его всё равно не послушала, казнила.

— Да разве в этом дело, — горячился Николай Бестужев. — Главное, что он готов был отдать жизнь за правду, за народ, не струсил, не испугался казни. А мы — сумеем, если понадобится, пожертвовать собой за народ?

Рылеев задумчиво улыбнулся и проговорил: «Придёт наш черёд — сумеем».

Многие читали рылеевские стихи и так же спорили, задумывались о том, как жить, как служить своей Родине.

Мало кто знал когда-то прапорщика Рылеева. Немало людей в Петербурге слышали раньше про Рылеева — честного, неподкупного судью. Многим в России был теперь известен Рылеев-поэт, издатель «Полярной звезды».

Но только самые близкие друзья знали, что есть у Рылеева тайна. Если бы эта тайна стала известна царю — не сдобровать Кондратию Фёдоровичу и его товарищам. И было у этой тайны имя — Северное общество.

СЕВЕРНОЕ ОБЩЕСТВО

В заграничных походах русской армии 1814–1815 гг., окрылённые победой над Наполеоном, молодые офицеры мечтали многое в России исправить. Думали они, что царь Александр даст крестьянам свободу, долгий срок солдатской службы убавит. Надеялись, что станет он править страной не по прихоти своей, а по закону — конституции. Но Александр конституцию посулил, а потом раздумал. О том, чтобы крестьянам волю дать, поговорили, да замолчали. Солдатам при генерале Аракчееве ещё хуже, чем раньше, пришлось.

Поняли молодые офицеры, что на царя надеяться нечего, решили сами взяться за дело. Вот и создали они два тайных революционных общества для борьбы с крепостным правом и самодержавием. Одно на юге, на Украине, — Южное (им руководил полковник Павел Пестель), другое в Петербурге — Северное. Зная, что царь не уступит власть добровольно, решили они поднять против Александра армию. Без солдат императору никак не удержаться. А солдаты охотно против царя пойдут, если крестьянам свободу объявить.

Совсем недавно вступил Рылеев в Северное общество, — а уже всё чаще обращаются к нему за советом другие «северяне». Часто спорят они о судьбе народа, о том, как сделать Россию свободной. И друг с другом спорят, и с «южанами», что приезжают в столицу. Умеет Рылеев своей искренней негромкой речью убеждать, вдохновлять, верят ему. Потому и сумел он найти и принять в тайное общество немало новых людей, прежде всего офицеров. А почему офицеров — понятно. Офицер, если его солдаты любят, может их в нужный момент за собой повести.