Критика

Тинтин и тайна литературы

Эссе современного британского художника и писателя Тома Маккарти посвящено культовому циклу комиксов «Приключения Тинтина». Вчитываясь в тексты, героев и рисунки бельгийского художника Эрже, придумавшего в 1929 году неунывающего репортера с хохолком, Маккарти пытается найти ответ на вопрос, что такое литературный вымысел и как функционирует современное искусство в условиях множественных медиа. Блистательное расследование психологии творчества в двадцатом веке от одного из активных арт-деятелей века двадцать первого.Том Маккарти (1969) – художник, критик и писатель. Автор трех романов, в том числе «Remainder» (русский перевод «Когда я был настоящим») и «С» (шорт-лист премии Man Booker Prize 2010), нескольких инсталляций, часть из которых находится в постоянной коллекции британского Arts Council, генеральный секретарь полувымышленного арт-объединения «Международное Общество Некронавтов» (INS). В качестве приглашенного преподавателя читал лекции в Central Saint Martins School of Art, the Royal College of Art, London Consortium и Columbia University.

Том Маккарти

«Я почему-то должен рассказать о том...»: Избранное

Карл Карлович Гершельман

Размышления читателя

Предлагаемая читателю книга — критические статьи А. Платонова, написанные им в конце 30-х годов и публиковавшиеся в журналах тех лет. Талантливые, оригинальные статьи А. Платонова о русской классике (Пушкине, Лермонтове, Короленко), о современных писателях (Горьком, Маяковском, Н. Островском, Крымове, Ахматовой), о зарубежных писателях (Хемингуэе, Олдингтоне, Чапеке) не только помогают лучше понять творчество самого Платонова, но и представляют большой интерес для нашего литературоведения. Андрей Платонов уверенно и убедительно выступает в защиту основных принципов реализма. Оценки классической литературы, современной ему советской литературы, характеристики европейских и американских писателей опираются на прочное убеждение, что литература является важнейшей частью духовной жизни страны, важнейшим участником социалистического строительства. Составитель М. А. Платонова

Андрей Платонов

Иосиф Бродский после России

Мир Иосифа Бродского — мир обширный, таинственный и нелегко постижимый. Книга Дениса Ахапкина, одного из ведущих исследователей творчества Нобелевского лауреата, призвана помочь заинтересованному читателю проникнуть в глубины поэзии Бродского периода эмиграции, расшифровать реминисценции и намеки.Книга "Иосиф Бродский после России" может стать путеводителем по многим стихотворениям поэта, которые трудно, а иногда невозможно понять без специального комментария.

Денис Николаевич Ахапкин

Русские символисты

Популярный очерк о русском литературном течении Серебряного века, преимущественно о его вожде Валерии Брюсове — предисловие к публикации в Детгизе избранных стихов Брюсова.

Владимир Сергеевич Соловьев , Валерий Яковлевич Брюсов , Цезарь Самойлович Вольпе

Татьяна Ларина как объект психиатрии

Немалая часть вины за то, что среди нас так много людей несчастных, склонных к суициду, депрессии, неврозам, истерии, алкоголизму, наркомании и прочим тяжелым ошибкам и болезненным состояниям, принадлежит классической литературе. Но еще большая часть вины за это лежит на безответственных критиках и не умеющих думать самостоятельно преподавателях. Именно эти люди сначала выдают неадекватные поступки психически нездоровых литературных персонажей за образцы поведения, превознося их до небес, а потом тиражируют эти образцы, выставляя их эталоном, стандартом и идеалом практически одновременно.

Наталья Воронцова-Юрьева

Об одном стихотворении

Иосиф Александрович Бродский , Иосиф Бродский

Коды комического в сказках Стругацких 'Понедельник начинается в субботу' и 'Сказка о Тройке'

Юджин Козловски , Юджин Зеб Козловски

Возвращение Дон Кихота

Гилберт Кийт Честертон , Юрий Юрьевич Зубакин

Фаустус и другие тексты

Один из самых ярких и самобытных художников XX века, визионер и отшельник Бернар Рекишо (1929–1961) за свою короткую жизнь успел создать и апробировать целый ряд новаторских живописных техник, для которых критикам приходилось изобретать специальные термины: реликварии, бумажные подборки, графические следы и т. д. В своих литературных опытах он не менее проницательно предвосхитил и едва зарождающиеся тенденции и направления – такие, как асемическое письмо, сонорная поэзия, принципы репетитивной музыки. В настоящее издание вошли стихотворные и прозаические тексты Рекишо, в том числе незаконченный фрагментарный роман «Фаустус» – своего рода многофасеточный автопортрет художника, занимающий особое место в его наследии. В книгу также включены программные статьи Алена Жуффруа и Ролана Барта о Рекишо. Переводчик и публикатор – Виктор Лапицкий, лауреат премий Андрея Белого и Мориса Ваксмахера.

Бернар Рекишо

Забитые люди

«…Появление «Бедных людей» было встречено величайшим восторгом всей литературной партии, признавшей Гоголя; Белинский провозгласил, что хотя г. Достоевский и многим обязан Гоголю, как Лермонтов Пушкину, – но что тем не менее он – сам по себе, вовсе не подражатель Гоголя, а талант самобытный и громадный. Он начал так, прибавлял Белинский, как не начинал еще ни один из русских писателей. Мало того, – Белинский пророчествовал таким образом: «Талант г. Достоевского принадлежит к разряду тех, которые постигаются и признаются не вдруг. Много, в продолжение его поприща, явится талантов, которых будут противопоставлять ему, но кончится тем, что о них забудут именно в то время, когда он достигнет апогея своей славы»…»

Николай Александрович Добролюбов

Сказки. Фантастика и вымысел в мировом кинематографе

Джеймс Кэмерон и Хаяо Миядзаки, Стивен Спилберг и Гильермо дель Торо, Кристофер Нолан, Ларс фон Триер – герои новой книги Антона Долина. Главные сказочники мирового кино находят способы вернуть нас в детство – возраст фантастических надежд, необоримых страхов и абсурдной веры в хеппи-энд. Чем можно объяснить грандиозный успех «Аватара»? Что общего у инфантильного Тинтина и мужественного Индианы Джонса? Почему во всех мультфильмах Миядзаки герои взлетают в небо? Разбирая одну за другой сказочные головоломки современного кино, автор анализирует вселенные этих мастеров, в том числе и благодаря уникальным интервью. Вы узнаете, одобрил ли бы Толкин «Властелина колец» Питера Джексона? Была ли «Форма воды» ответом советскому «Человеку-амфибии»? Могут ли шоураннеры спасти жизнь очередному персонажу, которого задумал убить Джордж Мартин? Добро пожаловать в мир сказок Антона Долина!

Антон Долин

О фотографии

Коллекция эссе Сьюзен Сонтаг «О фотографии» впервые увидела свет в виде серии очерков, опубликованных в New York Review of Books между 1973 и 1977 годами. В книге, сделавшей ее знаменитой, Сонтаг приходит к выводу, что широкое распространение фотографии приводит к установлению между человеком и миром отношений «хронического вуайеризма», в результате чего все происходящее начинает располагаться на одном уровне и приобретает одинаковый смысл. Главный парадокс фотографии заключается, согласно Сонтаг, в том, что человек, который снимает, не может вмешаться в происходящее, и, наоборот, – если он участвует в событии, то оказывается уже не в состоянии зафиксировать его в виде фотоизображения. Перевод: Виктор Голышев

Сьюзен Сонтаг

Гоголь

«…Комната его находилась возле сеней направо. Мы вошли в нее – и я увидел Гоголя, стоявшего перед конторкой с пером в руке. Он был одет в темное пальто, зеленый бархатный жилет и коричневые панталоны. За неделю до того дня я его видел в театре, на представлении «Ревизора»; он сидел в ложе бельэтажа, около самой двери – и, вытянув голову, с нервическим беспокойством поглядывал на сцену, через плечи двух дюжих дам, служивших ему защитой от любопытства публики… Меня поразила перемена, происшедшая в нем с 41 года…»

Иван Сергеевич Тургенев , Борис Вадимович Соколов , Юлий Исаевич Айхенвальд , Владимир Набоков , Б В Соколов

Русский советский научно-фантастический роман

Автор хотел бы надеяться, что его работа поможет литературоведам, преподавателям, библиотекарям и всем, кто интересуется научной фантастикой, ориентироваться в этом популярном и малоизученном потоке художественной литературы. Дополнительным справочником послужит библиографическое приложение.

Анатолий Федорович Бритиков

Медный всадник - Это ВАМ не Медный змий...

(О самой древней мафии в системе образов А.С.Пушкина)

Внутренний Предиктор СССР

Смотрим на чужие страдания

«Смотрим на чужие страдания» (2003) — последняя из опубликованных при жизни книг Сьюзен Сонтаг. В ней критик обращается к своей нашумевшей работе «О фотографии» (1977), дописывая, почти тридцать лет спустя, своего рода послесловие к размышлениям о природе фотографического изображения. На этот раз в центре внимания — военная фотография, документальные и постановочные снимки чужих страданий, их смысл и назначение.

Сьюзен Зонтаг , Сьюзен Сонтаг

Оттепель как неповиновение

Продолжая исследования «оттепельной» культуры (март 1953 – август 1968 гг.), начатые в книгах «Оттепель: События» (отмечена премией «Просветитель», 2020) и «Оттепель: Действующие лица», Сергей Чупринин размышляет о ключевых поворотах и тенденциях этого периода. Сколько прожил «идеологический нэп» в послесталинскую эпоху? Можно ли говорить об этом времени как о насильственно оборванном Возрождении, уроки которого становятся всё более и более актуальными? Как из-под глыб постепенно прорастала этика неповиновения казенной догматике и начальственным окрикам? Ответы на эти вопросы автор ищет, опираясь на свидетельства, оставленные непосредственными участниками культурных процессов 1950–1960‐х годов. Статьи, вошедшие в книгу, рассказывают об оттепели как о сложном времени надежд и разочарований, в котором, однако, было место нравственности, гуманизму и сопротивлению советской системе. Сергей Чупринин – доктор филологических наук, профессор Литературного института, главный редактор журнала «Знамя».

Сергей Иванович Чупринин , Сергей Чупринин

Вавилон и вавилонское столпотворение. Зритель в американском немом кино

С момента своего возникновения кинематограф формировался как новая публичная сфера, отражающая важные социальные сдвиги рубежа веков, которые проявлялись не только в экранных произведениях, но и в зрительских практиках. Книга профессора университета Чикаго Мириам Хансен (1949–2011) исследует тесную связь между становлением аудитории раннего американского кино и трансформацией деловой и частной жизни. В первой части исследования автор, используя вынесенную в заглавие метафору Вавилона, показывает, как кино в процессе создания «зрительства» решало задачу интеграции этнически, социально и гендерно разнородных групп в единую культуру потребления. Вторая часть посвящена подробному анализу фильма Гриффита «Нетерпимость», с которого принято вести отсчет современным взаимоотношениям между фильмом и зрителем. В третьей части автор обращается к феномену кинозвезды на примере Родольфо Валентино, анализируя его культ в контексте коммерческих интересов Голливуда и новой феминной субкультуры.

Мириам Хансен

О современном лиризме

Иннокентий Федорович Анненский , Иннокентий Анненский

Как и почему лгут историки – 2

Р' недалеком советском прошлом отечественные историки имели одного Заказчика в лице государства. Государство платило историкам и справедливо требовало РѕС' РЅРёС… результатов, отвечающих государственным интересам. Р' настоящее время монополия государства ушла в прошлое, у историков появились другие заказчики, у каждого из которых СЃРІРѕР№ интерес. Р

Сергей Николаевич Бухарин

Локусы и фокусы современной литературы

Книга современной луганской писательницы, философа, культуролога, литературного критика посвящена философскому осмыслению культуры и литературы современности. Первая часть книги содержит философско-культурологические и литературно-критические статьи, в7 которых анализируются как классические произведения, так и феномены Интернет-культуры. Эта часть состоит из статей разных лет, которые публиковались в научных журналах, сборниках конференций, литературных альманахах и впервые публикуются под одной обложкой. Во второй части собраны литературно-критические эссе разных лет.

Нина Сергеевна Ищенко

Интервью с гением

Однажды Андрей Ангелов взял интервью у Андрея Ангелова... Гений, в своей фирменной манере, ломает стереотипы, показывая привычные нам вещи в непривычном ракурсе.Первозданная версия от 2 января 2015 года.

Андрей Ангелов

Франсиско Гойя

историк искусства и литературы, музыкальный и художественный критик и археолог.I глава (из 2-х) написана собственно Марией Ватсон по материалам и указаниям В. В. Стасова, а потом просмотрена и редактирована последним.

Владимир Васильевич Стасов , Вера Владимировна Калмыкова , Вера Калмыкова

Наше всё – всё наше

В новой книге известного писателя Льва Гурского его любимые герои — частный детектив Яков Штерн и известный спаситель Отечества капитан ФСБ Максим Лаптев — впервые объединяют свои усилия в поисках разгадки феномена еврейской компоненты русской и мировой литератур. В сборник вошли десять диалогов, которые впервые были опубликованы на сайте, а также Указатель имен и названий, составленный лично Я. С. Штерном. Книгу украсили рисунки известного художника-графика Аркадия Гурского.

Лев Аркадьевич Гурский , Лев Гурский

Профессия: театральный критик

Настоящая книга знакомит читателя с российским и зарубежным театром 1960 — 2000-х годов, с творчеством ведущих актеров, режиссеров и сценогра­фов этого времени. В ней помещены работы разных жанров — от портрета и театральной рецензии до обзора театральной жизни и проблемных статей. В связи с чем знакомство с книгой будет интересно и полезно не только для люби­телей театра, но прежде всего для студентов-театроведов, искусствоведов, фи­лологов, как своего рода практикум по театральной критике.

Андрей Якубовский

Под ударением

В этот последний изданный при жизни Сьюзен Сонтаг сборник ее эссе вошло более сорока текстов, написанных и опубликованных с 1982 по 2001 год. Он представляет собой серию, казалось бы, разрозненных критических работ, объединенных в три раздела: «Чтение», где Сонтаг утверждает новые литературные каноны – произведения Машаду де Ассиза и Роберта Вальзера, – «Взгляд», в котором писательница дает проницательные и экспрессивные комментарии о фотографии и кинематографе, и «Там и здесь» – ряд заметок, посвященных рефлексии на тему собственного творческого пути. Но по мере прочтения тексты Сонтаг, неизменно эмоциональные и лирические, складываются в единую картину ее неповторимого видения мира искусства и своего места в нем.В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.

Сьюзен Сонтаг

В. Короленко

«"Моя душа, принадлежавшая трем национальностям, нашла, наконец, свою родину; то была прежде всего русская литература", говорит Короленко в своих воспоминаниях. История же этой литературы, которая сделалась для Короленко отечеством, родиной и родной национальностью – так же, как он сам составляет украшение ее, – представляет единственное в своем роде явление…»

Роза Люксембург , Зинаида Афанасьевна Венгерова

Как-то раз Зевксис с Паррасием… Современное искусство: практические наблюдения

Книга «Как-то раз Зевксис с Паррасием…» объединяет статьи и эссе, написанные в «эстетическом режиме» (Жак Рансьер). В их фокусе – собственно поэтика искусства, персоналистские и «направленческие» картины мира, реализация индивидуальных творческих интенций. Как критик и интерпретатор, автор обладает редким даром вживания в конкретику художественного процесса. Его конек – портретная эссеистика. «Словоохотливый взгляд» (Бланден Кригель) автора побуждает зрителя к самостоятельной навигации в пространстве современного искусства.

Александр Давидович Боровский , Александр Боровский

Горький дым

Статья опубликована в журнале «Родина», № 6, 2004.

Михаил Константинович Зарубин , Андрей Николаевич Мерцалов , Ростислав Феодосьевич Самбук

История советской фантастики

Аннотация издательства:Книга доктора филологических наук Р. С. Каца охватывает более семи десятилетий истории советской фантастической литературы (1921-1993). Автор предлагает свою, оригинальную трактовку целого ряда проблем генезиса и развития научной фантастики в СССР. Нетрадиционный подход к исследуемому материалу и популярный характер изложения делают данную монографию не только полезным, но и увлекательным чтением.Дисклаймер:Игра в Гурского была не первой мистификацией Романа Арбитмана. В начале 90-х широкую популярность в узких кругах получила монография Рустама Каца "История советской фантастики". Скромная брошюра, отпечатанная на ротапринте в Саратове, состояла из биографий вымышленных писателей и описания их никогда не написанных книг. Кац пародировал традиционный стиль исследовательской монографии, предлагая ключ к пониманию советского периода российской истории. Де, все отечественные правители и генсеки последнего века были одержимы идеей колонизации Луны. "История советской фантастики" удалась на славу...Читательские отзывы:Забавный пример альтернативного литературоведения. Первое издание вышло в издательстве Саратовского университета и было принято за настоящую научную работу по истории советской литературы. Нужно быть знатоком реальной истории советской фантастики, чтобы разобраться во всех хитросплетениях авторской фантазии. И нужно быть знатоком современной фантастики, чтобы понять, кого из нынешних авторов доктор Кац скрестил с их историческими предтечами и почему он остановился именно на этих парах. К сожалению автору частенько изменяет чувство такта, особенно когда дело касается дат смерти ныне живущих людей.Sawwin | 2008-03-13 История советской фантастики доктора КацаВ этом году исполнилось десять лет с момента выхода «Истории советской фантастики» д-ра Рустама Святославовича Каца.В этом году исполнилось десять лет с момента выхода «Истории советской фантастики» д-ра Рустама Святославовича Каца. Ехидная пародия-«альтернативка», в которой НФ в СССР занимает нишу, оккупированную в нашей реальности соцреализмом, эпическая история завоевания советскими фантастами Луны, вызвала среди любителей фантастики реакцию, мягко говоря, неоднозначную. Одни недоуменно пожимали плечами, другие упрекали автора в бессмысленном глумлении над нашим героическим прошлым, третьи спешили поздравить с оригинальным развитием постмодернистского дискурса...В одном нельзя было упрекнуть литератора, скрывшегося под псевдонимом «Р. С. Кац»: книга написана не менее убедительно, чем большинство работ, посвященных реальной истории советской фантастики. И

Кац Рустам Святославович

О русской повести и повестях г. Гоголя («Арабески» и «Миргород»)

«…Что такое г. Гоголь в нашей литературе? Где его место в ней? Чего должно ожидать нам от него, от него, еще только начавшего свое поприще, и как начавшего? Не мое дело раздавать венки бессмертия поэтам, осуждать на жизнь или смерть литературные произведения; если я сказал, что г. Гоголь поэт, я уже всё сказал, я уже лишил себя права делать ему судейские приговоры…»

Виссарион Григорьевич Белинский