Прочая старинная литература

Облава. Святочный рассказ.
Облава. Святочный рассказ.

Зима в занятом гитлеровцами Крыму была удивительно холодной и невероятно снежной и долгой. Местным старожилам казалось, что неведомые силы перенесли полуостров заметно ближе к Полярному кругу. Жители Крыма, не успевшие или не хотевшие эвакуироваться, по-разному приняли приход захватчиков. Одни с радостью и надеждой, что оккупанты здесь надолго, другие надеялись, что враг скоро будет изгнан и разбит. Многие из крымчан боролись против жестокого и безжалостного неприятеля, уходили в партизаны, работали в подпольных организациях сопротивления, но хватало и тех, кто с радостью встал на сторону захватчика, — они собирались в батальоны, клялись в верности Гитлеру, предавали партизан и подпольщиков и, нацепивши форму немецких холуев, лихо отплясывали национальные танцы. Ни те, ни другие не знали, что Гитлер планировал полностью очистить полуостров от местных жителей и заселить его только немцами.

Олег Геннадьевич Азарьев

Прочая старинная литература / Древние книги
Раз елка, два елка, три... (СИ)
Раз елка, два елка, три... (СИ)

Я застрял в жуткой предновогодней "пробке". Сначала злился и поносил почем зря жителей своего родного города, которые мотались по городу на автомобилях в поисках подарков своим родным и затаривались продуктами на долгие праздничные дни, и так себя накрутил, что едва не дошел до крайней точки раздражения - хотел выйти из теплого салона авто и идти куда глаза глядят, но потом успокоил себя, забубнил под нос банальную фразу "нервные клетки не восстанавливаются" и принялся смотреть в никуда. Но банальную фразу продолжал бубнить-твердить, как заклинание. И что, удивительно, в итоге это помогло взять себя в руки. Эка невидаль - автомобильные "пробки"! Не самое ужасное, что может произойти в жизни человека. Это тебе не болезнь, твоя, твоих близких, или того хуже... Что ж так себя накручивать.

Лара Альм

Прочая старинная литература / Древние книги
Кто-то же должен был это написать (СИ)
Кто-то же должен был это написать (СИ)

Мелкий дождь то начинался, то переставал. Костик сидел на бортике песочницы на детской площадке напротив своего дома, девятиэтажный кирпичный, дальше был ещё один дом, такой же. Наискосок сзади от Костика стоял шестнадцатиэтажный панельный дом. С его места хорошо просматривалась дорога, которая проходила вдоль дома, междомовой проезд и тротуар. Позади его были кусты, редкие деревья, за ними довольно открытое пространство, которое тоже хорошо просматривалось. Надо было только время от времени оборачиваться. Это чтобы кто-нибудь неожиданно не подошёл сзади. На всякий случай, приходилось опасаться, мало ли кто. Спереди было видно, кто куда идёт, с другой стороны он сам оставался малозаметным среди футуристических нагромождений безумной фантазии на детской площадке.

Константин Матросов , Матросов Константин

Проза прочее / Прочая старинная литература / Древние книги