Читаем 1000 лет после смерти полностью

– Сегодня будет важная школа. Сегодня будет встреча с учениками, – сказал Мастер.

Я не шёл, а бежал за этим удивительным крепким стариком. Вконец запыхавшись, я подумал: «Эх, жалко, что я не солярис. Я так бы точно сейчас бодро шёл, улыбался и щедро раздавал мудрость и знания ученикам». При этих мыслях Учитель резко затормозил, посмотрел прямо мне в глаза и жёстко сказал:

– Радуйся и благодари судьбу за то, что ты человек! Никогда больше, слышишь меня, Павел, никогда не завидуй никому. Ни птицам, ни звездам, ни мудрецам. Радуйся, гордись тем, кто ты есть. Если человек начинает, незаметно для себя, завидовать то одному, то другому, то третьему, в этот момент человек теряет сам себя, теряет опору, теряет жизнь. Поэтому прошу тебя, никогда никому не завидуй!

От такой жёсткости, от такой резкой перемены настроения я потерял дар речи. Я опешил, растерялся и пробормотал:

– Да, конечно, Учитель. Обещаю, не буду никогда никому завидовать. Постараюсь, буду радоваться тому, кто я есть.

Учитель не унимался, не останавливался.

– Нет, ты сейчас сказал механически. Просто для того, чтобы отвязаться от меня, для того, чтобы своим голосом сотрясти воздух. Ты же мне, дорогой Павел, пообещай сердцем.

У меня не было никаких вариантов, я понимал, что Учитель прав. Я понимал, что всю жизнь я кому-то завидовал, всю жизнь я считал, что где-то у кого-то больше счастья, кому-то больше повезло. И я понимал, насколько глупо и сильно я заблуждался. В этот момент лично для меня произошла ещё одна важнейшая школа. Я пообещал Мастеру быть самим собой, наполнив эти слова решительностью и верой. И как только я их произнес, будто вселенная услышала меня и мгновенно наполнила мое сердце и разум таким великим счастьем, такой бесконечной радостью, что все короли мира, если бы узнали, что можно быть таким счастливым, просто умерли бы от зависти.

Мастер все это время продолжал смотреть мне в глаза. И когда понял, что я вновь нашёл сам себя, что я стал самим собой, громко засмеялся и поучительно сказал:

– Вот видишь, дорогой друг, иногда жёсткий голос и строгий взгляд помогают разбудить человека.

На что я от всей души сердечно поблагодарил Учителя:

– Спасибо, Мастер!

– Ну, вот и здорово, – снова засмеялся Учитель. – Вперед, на занятия! Сегодня удивительный день, сегодня соберутся вместе удивительные, особые люди, – продолжал Мастер, уже не глядя на меня. – Сегодня у нас будет важная встреча, встреча 37 тысяч учеников, 37 тысяч друзей, красивых, любознательных, талантливых людей. Сегодня я буду делиться мудростью с 37 тысячами мудрых учеников.

– Ого, – обалдел я. – Мастер, вы ничего не перепутали?

– Конечно, нет, – еще громче засмеялся он и ускорил и без того быстрый шаг, – наши ученики Школы Победителей живут во многих странах и благодаря интернет-технологиям мы два раза в неделю собираемся все вместе и проводим важнейшее занятие. Ты уже достаточно осознанный человек, чтобы почувствовать ту мощную энергию, когда одновременно десятки тысяч людей думают о светлом, великом. Создается мощный информационный эгрегор.

– Что это такое, Учитель? Поясните, пожалуйста! Для меня это очень важно, – спросил я.

Мастер улыбнулся.

– Молодец, Павел! Правильные задаешь вопросы. Чем больше ты задаешь вопросов, тем больше ты меня радуешь. А когда ты задаешь умные вопросы, глубокие вопросы – ты радуешь меня вдвойне, – засмеялся учитель. – Представь тёмный, холодный, страшный ночной лес. Представь, что в этом лесу так темно, что каждый человек, кто бы в него ни заходил, испытывает ужас перед тьмой. Тьма – это чёрная энергия, это символ печали, грусти, зла, страданий. Представил? – переспросил Учитель.

– Да, Мастер. Как будто я сам нахожусь в этом темном лесу, – пробормотал я, задыхаясь от быстрого шага. – Я всегда представляю то, что вы говорите, как будто это какой-то фильм.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Мохнатый бог
Мохнатый бог

Книга «Мохнатый бог» посвящена зверю, который не меньше, чем двуглавый орёл, может претендовать на право помещаться на гербе России, — бурому медведю. Во всём мире наша страна ассоциируется именно с медведем, будь то карикатуры, аллегорические образы или кодовые названия. Медведь для России значит больше, чем для «старой доброй Англии» плющ или дуб, для Испании — вепрь, и вообще любой другой геральдический образ Европы.Автор книги — Михаил Кречмар, кандидат биологических наук, исследователь и путешественник, член Международной ассоциации по изучению и охране медведей — изучал бурых медведей более 20 лет — на Колыме, Чукотке, Аляске и в Уссурийском крае. Но науки в этой книге нет — или почти нет. А есть своеобразная «медвежья энциклопедия», в которой живым литературным языком рассказано, кто такие бурые медведи, где они живут, сколько медведей в мире, как убивают их люди и как медведи убивают людей.А также — какое место занимали медведи в истории России и мира, как и почему вера в Медведя стала первым культом первобытного человечества, почему сказки с медведями так популярны у народов мира и можно ли убить медведя из пистолета… И в каждом из этих разделов автор находит для читателя нечто не известное прежде широкой публике.Есть здесь и глава, посвящённая печально известной практике охоты на медведя с вертолёта, — и здесь для читателя выясняется очень много неизвестного, касающегося «игр» власть имущих.Но все эти забавные, поучительные или просто любопытные истории при чтении превращаются в одну — историю взаимоотношений Человека Разумного и Бурого Медведя.Для широкого крута читателей.

Михаил Арсеньевич Кречмар

Публицистика / Приключения / Природа и животные / Прочая научная литература / Образование и наука
Отмытый роман Пастернака: «Доктор Живаго» между КГБ и ЦРУ
Отмытый роман Пастернака: «Доктор Живаго» между КГБ и ЦРУ

Пожалуй, это последняя литературная тайна ХХ века, вокруг которой существует заговор молчания. Всем известно, что главная книга Бориса Пастернака была запрещена на родине автора, и писателю пришлось отдать рукопись западным издателям. Выход «Доктора Живаго» по-итальянски, а затем по-французски, по-немецки, по-английски был резко неприятен советскому агитпропу, но еще не трагичен. Главные силы ЦК, КГБ и Союза писателей были брошены на предотвращение русского издания. Американская разведка (ЦРУ) решила напечатать книгу на Западе за свой счет. Эта операция долго и тщательно готовилась и была проведена в глубочайшей тайне. Даже через пятьдесят лет, прошедших с тех пор, большинство участников операции не знают всей картины в ее полноте. Историк холодной войны журналист Иван Толстой посвятил раскрытию этого детективного сюжета двадцать лет...

Иван Никитич Толстой , Иван Толстой

Биографии и Мемуары / Публицистика / Документальное