111 баек для журналистов

«…Я написал рецензию на Первую симфонию Шостаковича, не услышав ни звука. А так как я учился на музкомедии, у нас был предмет “Музыкальная литература”. Там сольфеджио и прочее, то есть терминологически я был подкован и нафигачил эту рецензию. И отнес “труд” о Шостаковиче в “Вечернюю Москву”. Запланировали в номер, но потом его кто-то дал на просмотр музыкальному редактору. И он пришел в неописуемый восторг и ужас: “Откуда это? Что такое?” Ему объясняют: “Уже стоит «в набор»”. Он говорит: “Да вы что, белены объелись?! Покажите мне этого дельца”. Они чуть не напечатали, а я там накрутил терминов. Музыкальный редактор сказал: “Но перо у него бойкое! Вы его держите на заметке, потому что он что-нибудь дельное еще напишет!” Они спросили, не могу ли я написать о сельском строительстве. Я говорю: “Напишу! Какая мне разница, о чем писать?!” Я вспомнил глину, саман, солому, что там еще? Кизяки…»

(«Автора!» Пожалуйста!» Народный артист России Валерий Золотухин. Цитирую по книге: Александр Трутнев. Валерий Золотухин: от «Живого» до «Живаго». И.: Эксмо», 2006. С. 252.)

Саман, солома, кизяки… Интересно, что получится, если действительно начать строить из «самана, соломы, кизяков», без знания материала и технологий?

Читаю в книге Александра Савельева «Улыбнитесь, каскадеры!»:

«Для каждой исторической эпохи характерны вполне определенные виды оружия. В древней Руси землепашцу не разрешалось иметь меч. А они тоже участвовали в сражениях. Конечно, большинству кинозрителей это неведомо, но едва ли выиграет фильм, если этого не знает режиссер-постановщик. На экране такие воины могут привлекать зрительские симпатии необыкновенной смелостью, недюжинной силой и благородством души. Но ни в коем случае – ратным умением».

В фильме Сергея Бондарчука «Война и мир» есть сцена вызова Долоховым Пьера Безухова на дуэль. Коллекционеры смеются: на груди у Долохова Георгиевский крест Временного правительства. А Пьер наводит на противника пистонный пистолет, который появился спустя несколько десятилетий после описанных Львом Толстым событий.

В фильме «Опасные гастроли» на шее генерал-губернатор Одессы нагрудный орден Станислава третьей степени… В общем, «глина, саман, солома, кизяки».

«Пипл схавает!» Пипл и не такое схавает. Но все эти, казалось бы, мелочи оставляют несмываемые пятна на парадном мундире великого Бондарчука и до скончания века будут оттенять его звезду Героя Социалистического Труда. Да и для скромного пиджачка Георгия Юнгвальд-Хилькевича, снявшего «Опасные гастроли», кизяки не прошли бесследно.

Я приведу конкретные примеры из своей журналистской практики. Там, где нельзя обойтись без упоминания имен, изменю их до неузнаваемости. Сразу прошу прощения – некоторые примеры будут циничны, но иначе не понять остроту проблемы.

* * *

Журналист Елена Д. прислала по электронной почте «интервью» с литератором Полиной Дашковой. Слово «интервью» я взял в кавычки не случайно: в прикрепленном файле была элементарная расшифровка материалов пресс-конференции Дашковой в магазине «Буквоед», на которой, кстати, присутствовал и я. В тексте фигурировал неведомый мне поэт Лев Оршанин. Когда я обратил внимание журналиста на эту нелепицу, она искренне удивилась:

– А что, разве нет такого поэта? Дашкова сама говорила, что училась у него в Литературном институте.

– Училась она у Льва Ошанина, а Андрей Аршавин – футболист!

* * *

Лидия подготовила репортаж с награждения премией «Петрополь». Ошибок – тьма!

– Лида, почему у вас Андрей Краско вручает премию?

– Потому что он вручал.

– Лида, Андрей Краско умер 4 июля 2006 года.

– Ой, я имела в виду его отца. Как его зовут?

– Лида, а что это у вас за персонаж – Семен Фурманов?