Читаем 1730 год. Август. Переэкзаменовка (СИ) полностью

Смотрю. Какой-то купол, вроде театра, правильнее – амфитеатра. Полукругом скамейки со столиками для записей. Институт? Лекционный зал? Фиг поймешь, тамошнюю архитектуру. Крыша стеклянная… свет заливает помещение. Мужик (как его, Брюс Аткинс?) ораторствует с кафедры, на возвышении. Слышно, что говорит на родном языке 'местных'. Хоть с запинками… Горячится! Не понятно что, но с воодушевлением. По рядам пустили кульки с сувенирами. Культурно. Народ разновозрастный, дети, взрослые и постарше, но, не роются. Каждый берет – что сверху лежало. Аккуратненько так… И передают сумку соседям… Машут добычей, улыбаются… Мир и дружба, короче… Дядька с трибуны что-то спрашивает. Переспрашивает. Не получил ответа… сам хочет подать пример. Жестом подзывает к себе девчонку, она из первого ряда кресел его слушала, стягивает с её макушки хайратник (тоже, видимо, подарок) и, разорвав пакет, надевает на чадо бело-синюю кепку с прозрачным козырьком и американским флагом. Смотрите, как надо это носить! Ясно? Барышня довольная, а все остальные… не очень. Рвет ещё пакет, такую же кепку, чисто-белую, надевает на голову себе. Для верности хлопает в ладоши. Ноль реакции… Точнее, странная реакция. Все затихли, руки с коммуникаторами вперед тянут. Слушают… Озабоченные и удивленные… Дядька на трибуне удивился так, что перестал сверкать голливудским оскалом. Обращается к залу напрямую. Что случилось? Видно же, случилось! Народ поскучнел – тоже заметно… С крайнего места срывается девица с повязкой на рукаве, она дежурная, наверное… Лопочет, спешит, захлебывается словами. Разобрал всего несколько, по-русски – Это нельзя, биологическая опасность! И кепку, за козырек, с мужика дергает. Отдай! И в пакет её, в черный, как для мусора… Тот замер. С дочки кепку тянет – отшатнулась. Пожимает плечами… Берет мужика за руку и увлекает за собой. Тот, на автомате, за руку, ведет дочку. Следом за ними народ потянулся. Не понял…


Лабораторный зал. Самообслуживания! Кабинки-секции, с прозрачными стенами… Народ в салатного цвета резиновых костюмах и бахилах, на лицах – прозрачные забрала. Космонавты! С девчонки хоть кепку и стянули, но она её из рук так и не выпустила. Рядом идет папа. Чую, начал понимать, куда угодил… Лицо стало твердое, как будто в речку, с обрыва, прыгать собрался. Знакомая уже дежурная сопроводила гостя к ближайшему кабино-месту. Барышню оставили сидеть на скамейке за ограждением. Вроде бы в аэропорту. Приглашающий жест. Щитки глушат звуки или у них такая трансляция? По-русски – Работайте профессор! За спиной – заметно шевеление. Толпа споро рассасывается по отдельным кабинкам. Один – внутрь, к столу с реактивами, а трое-пятеро сквозь стенки наблюдают. Урок у них? Практические занятия? Всё, как заранее подстроено. Ну, а кабинку с американцем облепили со всех сторон. Кто сверху, кто снизу, кто лежат, а кто – через потолок смотрит. Носы к стеклу прижали! Дочка, похоже, не врубилась, что творится. С кепкой не рассталась, а пропадание папиной в черном кульке проследила с сожалением. Стоит у черты на полу. Одна без спецодежды и вряд ли потому, что нужного размера не было. Все дети тут – при полном параде. И все взрослые… Скорее, она сама переодеваться не захотела. Балахоны-то уродские. А папа упорно трудится… В наушниках, прерываемые звяканьем приборов и инструментов, раздаются полузнакомые ученые термины.


Вирусоскопическое исследование… Содержимое мазка… на предметных стеклах… Опалесцирующая эмульсия… Взвесь проверяем, на тельца Пашена… Применим метод серебрения, 'по Морозову'… Оспа?!! Мужик диким взглядом уставился в проекционный экран у рабочего стола. К окуляру микроскопа, в его-то прикиде, не подлезть. Что-то важное видит. Или догадался. Даже челюсть отвисла. Руки задрожали… Да ну, подумаешь, микроба какого-то нашли. Залежалого. От оспы же не умирают! Точно знаю! Мне прививку не делали, но так на Земле её больше нет! По телевизору передача была. А мужик сильно обеспокоен. Что там – он перепуган насмерть… Блин! Так ошалел, что внезапно заговорил связной речью вероятного противника, с латынью вперемешку. Затараторил. Хе. Всё равно, ни бельмеса не понятно. Яйцеголовым, без латыни, похоже, не выжить. Заколебали! Прямо, как наши механики в гараже. Каждое второе слово матом.


– Аня, хоть ты переводи, я в их лексиконе ни бум-бум… Что такое "variola vera discreta'? – выговорил!

– Натуральная оспа. Расхожее название всей этой группы вирусов.

– Тогда почему профессор глаза выпучил?

– Испугался. Второе латинское название, слышал? Значение термина purpura variolosa – знаешь?

– Откуда? – елки, с кем я тут связался, вундеркинды сплошные вокруг…

Перейти на страницу:

Похожие книги

100 знаменитых чудес света
100 знаменитых чудес света

Еще во времена античности появилось описание семи древних сооружений: египетских пирамид; «висячих садов» Семирамиды; храма Артемиды в Эфесе; статуи Зевса Олимпийского; Мавзолея в Галикарнасе; Колосса на острове Родос и маяка на острове Форос, — которые и были названы чудесами света. Время шло, менялись взгляды и вкусы людей, и уже другие сооружения причислялись к чудесам света: «падающая башня» в Пизе, Кельнский собор и многие другие. Даже в ХIХ, ХХ и ХХI веке список продолжал расширяться: теперь чудесами света называют Суэцкий и Панамский каналы, Эйфелеву башню, здание Сиднейской оперы и туннель под Ла-Маншем. О 100 самых знаменитых чудесах света мы и расскажем читателю.

Анна Эдуардовна Ермановская

Документальная литература / История / Прочая документальная литература / Образование и наука / Документальное
«Соколы», умытые кровью. Почему советские ВВС воевали хуже Люфтваффе?
«Соколы», умытые кровью. Почему советские ВВС воевали хуже Люфтваффе?

«Всё было не так» – эта пометка А.И. Покрышкина на полях официозного издания «Советские Военно-воздушные силы в Великой Отечественной войне» стала приговором коммунистической пропаганде, которая почти полвека твердила о «превосходстве» краснозвездной авиации, «сбросившей гитлеровских стервятников с неба» и завоевавшей полное господство в воздухе.Эта сенсационная книга, основанная не на агитках, а на достоверных источниках – боевой документации, подлинных материалах учета потерь, неподцензурных воспоминаниях фронтовиков, – не оставляет от сталинских мифов камня на камне. Проанализировав боевую работу советской и немецкой авиации (истребителей, пикировщиков, штурмовиков, бомбардировщиков), сравнив оперативное искусство и тактику, уровень квалификации командования и личного состава, а также ТТХ боевых самолетов СССР и Третьего Рейха, автор приходит к неутешительным, шокирующим выводам и отвечает на самые острые и горькие вопросы: почему наша авиация действовала гораздо менее эффективно, чем немецкая? По чьей вине «сталинские соколы» зачастую выглядели чуть ли не «мальчиками для битья»? Почему, имея подавляющее численное превосходство над Люфтваффе, советские ВВС добились куда мeньших успехов и понесли несравненно бoльшие потери?

Андрей Анатольевич Смирнов , Андрей Смирнов

Документальная литература / История / Прочая документальная литература / Образование и наука / Документальное
1941. Победный парад Гитлера
1941. Победный парад Гитлера

В августе 1941 года Гитлер вместе с Муссолини прилетел на Восточный фронт, чтобы лично принять победный парад Вермахта и его итальянских союзников – настолько высоко фюрер оценивал их успех на Украине, в районе Умани.У нас эта трагедия фактически предана забвению. Об этом разгроме молчали его главные виновники – Жуков, Буденный, Василевский, Баграмян. Это побоище стало прологом Киевской катастрофы. Сокрушительное поражение Красной Армии под Уманью (июль-август 1941 г.) и гибель в Уманском «котле» трех наших армий (более 30 дивизий) не имеют оправданий – в отличие от катастрофы Западного фронта, этот разгром невозможно объяснить ни внезапностью вражеского удара, ни превосходством противника в силах. После войны всю вину за Уманскую трагедию попытались переложить на командующего 12-й армией генерала Понеделина, который был осужден и расстрелян (в 1950 году, через пять лет после возвращения из плена!) по обвинению в паникерстве, трусости и нарушении присяги.Новая книга ведущего военного историка впервые анализирует Уманскую катастрофу на современном уровне, с привлечением архивных источников – как советских, так и немецких, – не замалчивая ни страшные подробности трагедии, ни имена ее главных виновников. Это – долг памяти всех бойцов и командиров Красной Армии, павших смертью храбрых в Уманском «котле», но задержавших врага на несколько недель. Именно этих недель немцам потом не хватило под Москвой.

Валентин Александрович Рунов

Военная документалистика и аналитика / История / Прочая документальная литература / Образование и наука / Документальное