1941. Уманский котел. Выводы и уроки

Основное внимание руководства ставки главкома, безусловно, было приковано к Киеву, на оборону которого было решено бросить все имевшиеся резервы Юго-Западного фронта. Операции войск, действовавших южнее Киева, должны были играть вспомогательную роль. Поэтому С.М. Буденный приказал 6‐й и 12‐й армиям продолжать упорно оборонять занимаемые рубежи, постоянно контратакуя противника. Под влиянием этой политики и была направлена директива Юго-Западного фронта № 0055 от 11 июля 1941 года.

Однако эта директива штабом 6‐й армии была получена только в 11 часов 12 июня, в то время, когда 16‐й механизированный корпус еще полностью в Казатин не прибыл.

Генерал И.Н. Музыченко недоумевал, не понимая, как можно было отдать приказ о наступлении с решительными целями тогда, когда сил для проведения контрудара было явно недостаточно, а противник еще не исчерпал свои наступательные возможности. К тому же времени для организации контрудара совершенно не было. Поразмыслив об этом, он направляет доклад в штаб Юго-Западного фронта, в котором обосновывает нецелесообразность этого контрудара. Детально обрисовав обстановку, он пишет: «Ваша директива № 0055, требующая нанести удар в направлении Игнатовка на Романовка с целью закрыть образовавшийся прорыв у Н. Мирополь… привела бы к безусловному прорыву противника из района Бердичев на Казатин и Фастов, лишив армию совершенно средств подвоза и путей подвоза. Кроме того, армия должна была бы отходить в юго-восточном направлении и базироваться на тыловые районы 12‐й армии… Из-за сложившейся обстановки войска армии не в состоянии сконцентрировать достаточных сил для выполнения директивы № 0055».

Но пока этот доклад направлялся в штаб фронта, противник оказался на ближних подступах к Киеву и развил наступление в глубоком тылу войск 6‐й армии, нанося удары в направлениях на Киев и Белую Церковь. В это же время под напором противника войска 12‐й армии также продолжали откатываться на юго-восток. К тому времени уже начал давать себя чувствовать и разрыв, который образовывался между 12‐й и 18‐й армиями Южного фронта.

13 июля.

Утром Ф. Гальдер пишет: «После отхода противника перед фронтом 4‐й румынской армии давление противника на правый фланг 11‐й армии заметно ослабло. Наблюдаются лишь отдельные атаки местного значения. 17‐я армия ведет фронтальное преследование противника.

6‐я армия и 1‐я танковая группа вели бои в районе Бердичева, которые продолжались в течение всего дня и начали затихать лишь к вечеру. Куда девались крупные силы танков противника, участвовавшие в контратаках, неизвестно. Противник, вклинившийся в наше расположение западнее Бердичева, уничтожен».

Далее он пишет, что «надежда на быстрое продвижение 11‐й танковой дивизии в направлении Белой Церкви оказалась обманчивой».

И это объяснялось не плохими дорогами и отсутствием необходимого запаса боеприпасов в горючего для танков, как это пыталось представить командование группы армий «Юг». На своем пути немецкие войска встречали все возрастающее сопротивление советских войск.

По решению главкома юго-западного направления для прикрытия участка Фастов, Белая Церковь, Тараща в течение 13–15 июля происходило образование особой ударной группы Юго-Западного фронта на базе управления 26‐й армии, в состав которой должны были войти дивизии, выдвинутые из резерва. По мере прибытия в указанные районы эти соединения практически с ходу вступали в бои с противником, нанося ему потери и снижая темпы его наступления.

В то же время, в связи с образованием южнее Киева новой армии, получалось так, что управление 26‐й армии выводилось с фронта в глубину. Однако соединения этой армии продолжали оборонять свои полосы, и выводить из боя их никто не собирался, они передавались 6‐й армии. В результате этого с 13 июля 1941 года полосы обороны 6‐й и 12‐й армий оказывались рядом, а на линии Днепра южнее Киева появилась 26‐я армия нового формирования. В состав этой армии вошли остатки соединений 6‐го стрелкового (41‐я и 199‐я стрелковые дивизии), 5‐го кавалерийского корпусов, а также части 116, 227 и 196‐й стрелковых дивизий.

И.А. Хизенко в своей книге «Ожившие страницы» в дневнике за этот день пишет:

«На поле у боевых порядков частей (80‐й стрелковой дивизии. – В.Р.) приземлился откуда-то У‐2. Летчик передает генералу приказ об отходе на новый рубеж.

Наша дивизия оказалась в глубоком «мешке». Противник охватывает фланги, пытаясь отрезать дивизию от других соединений армии и окружить.

Отходим. Впереди обозы, повозки с ранеными, за ними пехота. Артиллеристы прикрывают отступающие войска…

Неожиданно появляются два бомбардировщика. На крыльях – звезды. Самолеты идут на запад. Их догоняют шесть «мессершмиттов». Они расстреливают один бомбардировщик за другим…

Незаметно наступает ночь. А войска все идут и идут. В арьергарде растянувшихся колонн – 77‐й стрелковый полк. Фашисты наседают на него…